Книга Пышка по протоколу, или Босс, держите корону!, страница 81 – Алекс Скай

— О господи.

Потом посмотрела на нас обоих и добавила:

— Простите. Это была не юридическая оценка.

— А юридическая? — спросила я.

— Хуже, но длиннее.

Кирилл сел во главе стола.

Я села справа.

Лика — слева, с ноутбуком, планшетом и лицом женщины, которая сейчас готова управлять маленькой страной, если эта страна не будет задавать лишних вопросов.

Елена разложила варианты.

Первый: заранее подготовить нейтральное объяснение. Риск — выглядит как оправдание.

Второй: ничего не делать, пока документ не всплыл. Риск — опоздать.

Третий: самим закрыто предупредить ключевых партнёров, что против компании готовится манипуляция с вырванным из контекста личным документом. Риск — самим дать повод для вопросов.

Четвёртый: найти источник утечки, зафиксировать нарушение и использовать это как основной акцент, если начнётся атака.

— Мне нравится четвёртый, — сказал Кирилл.

— Конечно, — сказала я. — Там можно кого-нибудь официально уничтожить.

— Не официально уничтожить, а привлечь к ответственности.

— Видите? Вы уже учитесь говорить мягче.

Елена посмотрела на меня.

— Арина, вы понимаете, что этот документ может ударить и по вам?

— Да.

— Тогда я рекомендую отдельно прописать вашу позицию. Что вы не подтверждали статус невесты, не вводили партнёров в заблуждение, выполняли работу консультанта и не давали согласия на публичное использование личных формулировок.

— А если спросят, почему я подписала «временная невеста по необходимости»?

Елена сняла очки.

— Скажете правду. Что это был шуточный частный документ о границах поведения на семейном ужине.

— Звучит абсурдно.

— Потому что так и было.

Лика тихо добавила:

— Но очень структурно.

Кирилл вдруг сказал:

— Это моя вина.

Я повернулась к нему.

— Кирилл.

— Я втянул вас в семейный ужин. Я позволил ситуации стать двусмысленной. Я предложил нейтральную позицию. Вадим бьёт туда, где я создал слабость.

— А я подписала бумагу.

— Потому что ставили границы.

— Смешные.

— Ваши.

Это остановило меня.

Ваши.

Не глупые. Не неудобные. Не опасные.

Ваши.

Елена посмотрела с него на меня и обратно, потом очень деликатно вернулась к документам. Лика сделала вид, что печатает, хотя я была уверена: она снова внутренне сохраняет нас в папку с неприлично длинным названием.

До вечера мы работали почти без остановки.

Я позвонила Полине и всё рассказала. Она молчала ровно одиннадцать секунд, что для Полины было равносильно землетрясению.

— Я сейчас скажу некрасиво, — произнесла она наконец.

— Давай.

— Этот Вадим — человек с улыбкой дорогого шкафа и душой бухгалтерской ошибки.

— Полина.

— Что? Я не использовала запрещённые слова.

— Ты вообще не знаешь, какие слова запрещены.

— Зато знаю, что надо делать. Мы готовим свои каналы. Не публичный пост, не оправдание. Просто обновляем сайт агентства, портфолио, кейсы, отзывы, чтобы если люди полезут искать, они увидели профессионала, а не «невесту Гранта».

Я закрыла глаза.

— Ты гениальна.

— Я злая. Это эффективнее.

— Спасибо.

— И ещё, Арина.

— Что?

— Ты не обязана держаться только потому, что решила не сбегать.

— Знаю.

— Правда знаешь?

Я посмотрела на Кирилла через стеклянную стену. Он говорил с Еленой, слушал, не перебивал, потом что-то уточнял у Лики. Собранный. Напряжённый. Но не командующий всем вокруг в прежней манере. Он действительно пытался действовать вместе.