Книга Подарок для Градова, страница 4 – Татьяна Любимая

— Давай тогда выпьем, — не отстает пузан.

— Окей, давай, иди разливай, — разворачиваю Федора к столу.

Тот послушно несет к столу девятимесячное пузо, не оглядываясь, а я — в другую сторону. Где же ты, девушка в красном?

Во мне взыграл охотничий инстинкт догнать беглянку и все — таки претворить в жизнь эротичные картинки.

Входная дверь заперта изнутри. Сбежала бы отсюда — вход был бы открыт, а он заперт. Значит, убежала в другую сторону.

Иду в служебку. Здесь либо направо — на кухню, либо налево — там административная часть. И там, и там есть запасные выходы, но на кухне работники. Посторонних на свою территорию не пустят.

Сворачиваю налево. В этой части царит тишина и полумрак. Музыку из зала почти не слышно.

Иду по коридору. Шаги заглушает ковровое покрытие.

А вот и беглянка. Странно, что она делает возле моего кабинета? Прислонилась боком к двери, меня не видит и не слышит.

Подхожу близко, очень близко. Чувствую аромат тех самых духов и слышу… Да ну нахрен!

Она что, пытается вскрыть замок?

— Клац! — клацаю зубами возле уха нахалки.

Кира подпрыгивает, медленно оборачивается. Вжимается в дверь. На пол падает согнутая шпилька.

— Ой, а я туалет искала… — невинно хлопает ресницами. Холмики под тканью ходят ходуном от участившегося дыхания. Фотоаппарат на ремешке вместе с грудью приходит в движение.

Кладу руки по обе стороны от ее головы, нависаю сверху.

— А мы туалеты на замок не запираем.

Сверлим несколько секунд друг друга глазами. Они у нее глубокие, темно — зеленые. Засасывают, как трясина на болоте. Меня ведет от запаха этой женщины и близости красных губ. Таких манящих, несомненно сладких и мягких.

— В моем кабинете есть туалет, кошка, — произношу негромко.

В ее темной зелени вспыхивает паника.

Опускаю руку в карман, нащупываю ключи. Кира, увидев просвет сбоку, оценила обстановку. Слинять решила? Не получится.

Прижимаю ее второй рукой к себе за талию, пока первой открываю замок.

Шипит недовольно:

— Что вы делаете? Отпустите.

— Ага. Щас.

Вталкиваю ее внутрь. Захлопываю дверь и запираю замок. Все это время она прижата к моему телу и мне чертовски мешает и этот сраный фотоаппарат между нами, и ее красное платье, а еще мои пиджак, рубаха и штаны. Трусы так вообще лишний предмет!

— Что ты хотела найти в моем кабинете, кошка? — веду носом по ее охрененно мягким волосам. Заставляю ее пятится назад в нужном мне направлении до тех пор, пока она не упирается бедром о мой рабочий стол. — Проси сейчас, пока я добренький.

— Н — ничего.

Кошка, задрав голову, следит за мной. Зрачки расширены, бегают по лицу, словно на нем ищут лазейку или слабое место. Руками упирается в грудь.

— Вре — ешь!

Ее запах усиливается. Желание обладать ею здесь и сейчас — тоже. В голове взрываются салюты из пузырьков шампанского, отключая стопы и другие предупреждения, оставляя голые инстинкты.

Наклоняюсь ниже, чтобы поцеловать, отворачивается. Фиксирую лицо за подбородок и впиваюсь в алые губы. О да! Мягкие! Сладкие!

Языком пытаюсь разжать зубки. Сопротивление бесполезно, детка! Сдавайся!

Жестче мну ее губы, усиливаю напор на преграду из зубов.

Упирается ладошками в грудь, мычит, но через минуту сдается.

Закрыв глаза, впускает мой язык в свой рот, позволяет пить свою сладость. И даже отвечает! Не знаю, от чего я пьянею больше — от действия вина или этой женщины, что стонет мне в рот, сплетая свой язык с моим. Фиксирую ее за затылок, углубляюсь в ее рот, не оставляя просвета между нами.