Книга Тот, кого нельзя, страница 31 – Морана Ран

— Лучше заткнись, — глухо предупредил он.

И я послушно умолкла, проникаясь этим новым Демьяном. Нетерпимым, напористым тираном. Хотя, скорее всего, он всегда был таким. Раньше я видела лишь одну сторону, душа компании, ироничный, язвительный и подчеркнуто безразличный ко мне. Безразличие закончилось, пришли чувства. И оказалось, что мы оба психи. Бескомпромиссные, не терпящие полутонов.

Если секс, то до сорванных связок. Если любовь, то до срыва всех тормозов и прыжка в обрыв. Если ненависть, то до глубоких ран и полной капитуляции. Мы были необычайно похожи, оба преданные в прошлом, циничные, огрызающиеся на ростки чувств, до последнего удерживающие рубежи.

Нам обоим было страшно открыться, но я сдалась раньше. А он, нет. И именно сейчас, вдыхая его запах и изнывая от его касаний, я поняла, он боится. Боится этой зависимости. Она выбивает у него опору из-под ног, заставляет тянуться ко мне вопреки логике. И он в ярости от этого. Близко быть невыносимо, а далеко невозможно.

Я грустно улыбнулась своему открытию, утопая в этой горькой правде. Почти не среагировала, когда он приподнял меня за талию, усаживая на холодный стеклянный стол. Бедра обожгло холодом, я поморщилась. Придурок заметил мой дискомфорт, задрал платье еще выше и притянул меня к себе, заставляя ощутить его возбуждение через плотную ткань джинсов.

Его ладони медленно скользили по моим ногам, заставляя меня распаляться вопреки воле. Я дрожала в его руках, теряясь в ощущениях от этой простой ласки. Он подобрался к белью, бесцеремонно отодвигая кружево в сторону. Проверял, насколько я готова.

Я была на грани, но его жесткий напор и место действия не располагали к нежности. Демьян хмыкнул, недобро прищурился и, поймав мой взгляд, вызывающе облизал пальцы. Я не смогла сдержать предательский стон, когда он настойчиво ввел их в меня, массируя, посылая жаркую волну к низу живота. Я заставила себя ерзать, продираясь руками под его толстовку, сжимая мышцы пресса и скрещивая ноги у него за спиной. Я просила большего.

Щелчок ремня, звук молнии и я вожделенно уставилась на него, мечтая поскорее ощутить его внутри.

— Не спеши, — успела выдохнуть я, напоминая о его размерах и моем долгом воздержании.

Но кто меня слушал? Он ворвался в меня большой, твердый, выбивая из легких воздух, а из горла хриплый вскрик. Задвигался быстро и мощно, рыча от наслаждения и шепча что-то пошлое и бессвязное.

Я чувствовала каждое его движение. Хотела заглянуть в глаза, но он закрыл их, полностью отдаваясь моменту. Первоначальная боль сменилась сумасшедшим удовольствием. Я впивалась пальцами в его плечи, притягивая на себя, кусала его за шею, оставляя свои следы на его теле. Впитывала его вкус, тая от осознания так, как с ним, не было никогда и ни с кем. Никаких запретов, никакого стыда.

Он вцепился рукой в мое горло, по-прежнему не целуя. Перехватывал дыхание, заглядывая в глаза своими нереальными, темными, за которыми была бездна. Я не выдержала этого напряжения и взорвалась. Мой крик заглушил его глухой стон освобождения. В меня.

Когда я нашла в себе силы приподняться, он уже отстранился. Отрешенно приводил в порядок одежду, отвернувшись спиной.

— Что всё это значит? — мой голос сорвался, в нем послышались слезы. — Ты о последствиях подумал? Где ты шлялся всё это время, Демьян?