Книга Тот, кого нельзя, страница 30 – Морана Ран

— Не понимаю, о чем ты, — я продолжила ломать комедию. — Но раз уж ты здесь, давай поговорим. Что тебе нужно от меня? Что за выходки с работой и…

— Как же ты меня бесишь, — перебил он.

Его зеленые глаза давили агрессией. Он напоминал зверя перед прыжком. Я наблюдала, как он небрежно подзывает официанта. Демьян всегда был властным, но сейчас это качество будто возросло вдвое. Не переоценила ли я свои силы?

— Я не звала тебя сюда и ничего тебе не обещала. Не вмешивайся в мою жизнь, и не придется отвлекаться от дел! — бросила я, когда он закончил разговор с сотрудником ресторана.

Ну скажи мне, ради чего всё это! Скажи хоть что-нибудь!

— Да, я очень раздражен, — процедил он. — Ты прервала охеренный минет. Помнишь нашу секретаршу? Отвлекла ты меня не вовремя, любимая!

Эти слова были как ушат ледяной воды. Сволочь. Наглая, беспринципная сволочь. Он рвал меня на куски, прицельно нанося удары в самые больные места. Демьян наслаждался эффектом, буквально впитывая боль на моем лице. Снова обыграл. И самое ужасное я не знала, врет он сейчас или нет. Действительно ли он был с другой?

— Ненавижу, — прошипела я и рывком вскочила со стула, пытаясь сбежать.

Это чудовище не способно на взаимность. Сплошная нервотрепка. Я хотела уйти, вырваться из этой паутины, но он не дал. Демьян подскочил следом, перехватил мою руку и рывком вжал меня в свое тело. Жесткая хватка за волосы заставила меня смотреть ему в глаза.

На его лице сменялся калейдоскоп эмоций, злость, боль, отчаяние и, наконец, упрямство.

— Неприятненько? Мне тоже было! Я не спал со своей секретаршей, если ты еще не поняла. Я за эти восемь месяцев вообще ни с кем не спал, кроме пары отсосов по пьяни в клубах. И ты, стерва, тоже не будешь и близко подходить к другим мужикам!

Он хищно улыбнулся, прижимая меня крепче.

— Давай заценим твой наряд. Зря я, что ли, отвалил бабки за весь этот этаж?

Я ошарашенно огляделась. Мы действительно остались одни, он просто купил себе это пространство, убрав лишних свидетелей. Время разговоров прошло. Демьян бесцеремонно дернул лиф моего платья вниз и приник губами к плечу, оставляя на коже болезненные, обжигающие поцелуи.

Его поцелуи обжигали. Кожа горела от чувственных прикосновений, а дыхание перехватывало от пугающей смеси нежности и грубости.

Демьян дерзко исследовал мое тело, сжимая грудь широкими ладонями. Он принципиально не касался моих губ, словно наказывая. Обрушился сверху, как стихийное бедствие, жестко пресекая любые попытки сопротивления. Он действовал настойчиво, оставляя на шее и ключицах болезненные отметины. Помечал. Присваивал. Клеймил меня перед всем миром.

Я пыталась бороться. Царапала ногтями его мощные плечи, шипела разъяренной кошкой в ответ на бесцеремонность. Цеплялась за непослушные пряди волос, стараясь отодвинуть от себя этого мудака. Я осыпала его ругательствами, задыхаясь от осознания, что нас в любой момент могут увидеть. Пыталась удержать платье, не давая оголить себя полностью, но услышала отчетливый звук рвущейся ткани. И тогда, действуя на инерции, я залепила ему оглушительную пощечину.

Демьян замер. Медленно поднял голову. Полоснул меня диким, взбешенным взглядом, и я невольно сжалась. В его глазах читалось откровенное желание сделать больно. Было видно, с каким трудом он сдерживается, чтобы не сорваться окончательно. Его укусы вместо поцелуев и цепкая хватка были лишь способом выплеснуть накопленную ярость.