Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 2 – Алекс Скай

Шёпот прокатился по залу, как ветер по сухой траве.

Эвелина пошла.

Её шаги отдавались под сводами слишком громко. Венец на голове казался тяжелее с каждым мгновением. Золото давило на виски, впивалось в кожу, напоминало о дне свадьбы, когда Каэль сам надел его на неё перед алтарём Арданов. Тогда его пальцы дрожали. Он наклонился к ней и прошептал так тихо, что слышала только она:

«Теперь ты не одна. Что бы ни случилось, я буду рядом».

Эвелина остановилась в круге клятв.

Каэль не сделал ни шага ей навстречу.

— Муж мой, — сказала она спокойно.

Это слово словно ударило его. На миг в его глазах что-то дрогнуло — не боль, нет, скорее воспоминание, от которого он тут же отвернулся внутренне. Он поднял голову и посмотрел поверх её плеча, будто обращался не к ней, а ко всему залу.

— Совет Крылатых Домов собран по моей воле, — произнёс Каэль. Голос у него был ровный, низкий, привычно властный. Только Эвелина знала, что так он говорил, когда удерживал себя на грани. — Дом Арданов требует расторжения брачного союза между мной, Каэлем Арданом, главой старшей ветви, и леди Эвелиной Ардан.

Зал не ахнул.

А должен был.

Никто не был удивлён.

Эвелина ощутила это не сразу. Сначала слова Каэля прошли сквозь неё, как зимняя вода подо льдом: холодно, глубоко, без всплеска. Потом она увидела лица. Чуть склонённые головы. Глаза, ожидающие не новости, а зрелища. Советники уже знали. Леди из младших Домов переглядывались так, будто давно делили между собой подробности. Мужчины смотрели на Каэля с осторожным одобрением или жадным любопытством.

Значит, приговор вынесли до её прихода.

Её пригласили не защищаться.

Её пригласили присутствовать при собственном изгнании.

— По какой причине? — спросила Эвелина.

Каэль наконец посмотрел на неё.

В его взгляде не было тепла. Но и победы в нём не было. Это почему-то ранило сильнее. Если бы он торжествовал, ей было бы проще ненавидеть. Если бы улыбался, она смогла бы отрезать прошлое одним движением. Но он стоял перед ней бледный, с застывшим лицом человека, который сам идёт по мосту, уже подожжённому за его спиной.

— Брак не дал Дому Арданов наследника, — сказала Селеста прежде, чем Каэль успел ответить. — Брачная клятва не укрепила кровь. Напротив, за последние три года сила старшей ветви стала нестабильной. Младшие драконы рождаются с ослабленными крыловыми знаками. Родовой алтарь отвечает через раз. Башенное пламя тускнеет.

Эвелина медленно повернулась к ней.

— Вы обвиняете меня?

— Я называю факты.

— Нет, леди Селеста. Факты — это то, что можно проверить. Вы называете удобную ложь достаточно громко, чтобы остальные приняли её за закон.

По залу пронёсся новый шёпот. Уже острее.

Селеста улыбнулась шире.

— Осторожнее, девочка.

Эвелина впервые за весь день позволила себе усмехнуться.

— Я вошла сюда женой главы старшей ветви. Не девочкой.

— Пока ещё женой, — мягко ответила Селеста.

Каэль резко вдохнул, но промолчал.

Эвелина заметила.

И это молчание стало вторым ударом.

Первый она выдержала. Второй вошёл глубже. Потому что за эти годы Эвелина привыкла к холодности Селесты, к ядовитым намёкам Совета, к шёпоту за спиной, к подсчётам месяцев после свадьбы, к взглядам на её живот, к разговорам, которые обрывались при её появлении. Но Каэль всегда вставал между ней и ними. Иногда поздно, иногда недостаточно резко, но вставал.