Книга Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя, страница 17 – Алекс Скай

Эвелина взяла бумагу, но не раскрыла.

— Каэль?

— Не видела.

— Селеста?

— Её здесь нет, иначе ворота сами бы закрылись от отвращения.

Несмотря на тяжесть утра, Эвелина едва заметно улыбнулась.

— Мира.

— Что? Старые ворота тоже имеют вкус.

Эвелина сломала печать.

Знак Арданов — дракон с пламенем в когтях — раскололся под её пальцами на две неровные половины. Мелочь, но ей стало легче.

Она развернула письмо и прочла.

Строк было немного. Составлены они были безупречно: холодно, точно, так, будто человек, писавший их, выбирал не слова, а камни для стены.

Дом Арданов требовал присутствия Эвелины Белой Ивы в столице до заката текущего дня. Требовал — не просил. Причина указывалась с такой торжественной важностью, словно речь шла не о последствиях их собственной лжи, а о долге, который Эвелина по странной ошибке забыла исполнить: родовой алтарь Арданов не ответил на утренний зов, крылатое пламя в башне драконят не восстановилось, нижняя лестница оставалась открытой. Бывшая леди Ардан должна была явиться для проведения обряда признания разорванной клятвы и восстановления родовой силы.

Подпись стояла не Селесты.

Каэля.

Эвелина перечитала последнюю строку.

«Явиться».

Не «прийти».

Не «если согласишься».

Не «нам надо поговорить».

Явиться.

Она очень спокойно сложила письмо обратно.

— Позови Томаса.

Мира прищурилась.

— Отправим их обратно?

— Нет. Сначала накормим.

— Госпожа.

— Не их гордость. Лошадей. Дорога длинная.

Мира несколько мгновений смотрела на неё, потом покачала головой.

— Вы сейчас слишком похожи на леди Аделину. Она тоже могла так обойти человека добротой, что он потом неделю чувствовал себя невоспитанным пнём.

— Надеюсь, посыльный вынослив.

— А если он будет настаивать?

Эвелина подошла к окну.

Во дворе дети уже собрались у колодца. Лира стояла рядом с Реном и что-то объясняла ему, показывая на ведро. Рен делал вид, что слушать семилетнюю девочку ниже его достоинства, но наклонился ближе. Его крылья были сложены под старым жилетом, который Брина перешила для него из взрослой вещи. Близнецы из Дома Ренар сидели на ступенях и заплетали друг другу волосы. Маленький мальчик из конюшни тащил ветку, почти вдвое длиннее себя, а Савер шёл рядом и честно притворялся, будто не замечает, что ветку давно можно было поднять одной рукой.

Эвелина сжала письмо.

— Тогда он узнает, что Дом Белой Ивы не исполняет приказы Арданов.

Посыльный ждал у ворот.

Он был одет в тёмно-зелёную дорожную форму старшего распорядителя, на груди — маленький знак Арданов. Лицо длинное, сухое, глаза осторожные. Такие люди обычно знали, где нужно поклониться, где промолчать, а где передать чужое оскорбление так безукоризненно, чтобы самому остаться чистым.

Эвелина вышла к нему без украшений, в простом сером платье и тёмной шали. Волосы она собрала на затылке небрежнее, чем позволила бы себе в столице. И всё же, когда распорядитель увидел её, он поклонился ниже, чем требовал её нынешний статус.

Значит, слухи уже работают.

— Госпожа Белая Ива.

— Имя вы запомнили. Хорошее начало.

Распорядитель чуть напрягся.

— Я прибыл по поручению лорда Каэля Ардана.

— Я прочла.

— Лорд ожидает вашего ответа.

— Ответ короткий. Нет.

У распорядителя дрогнули веки.

— Госпожа, возможно, вы не вполне поняли серьёзность положения. Родовой алтарь…