Книга Свобода без корсета, страница 59 – Людмила Вовченко

Изабель произнесла:

— Это может выглядеть недостаточно торжественно.

— Тогда добавим торжественность не объёмом, а движением.

— Объясните.

Маргарита взяла другой отрез — тонкий полупрозрачный шёлк на тон темнее. Положила поверх лилового.

Ткань заструилась.

Не как вода.

Как дым.

Лёгкий, вечерний, серебристый.

— Верхний слой. Очень тонкий. Он будет двигаться, когда Адель идёт. Не громко. Но глаз будет следить.

Александр подошёл ещё ближе.

— Ткань может цепляться.

— Если шов будет грубым — да.

— А если обработка мягкая?

— Тогда нет.

Он взял край верхнего слоя двумя пальцами.

Осторожно.

Профессионально.

Не как мужчина, которому позволили потрогать женское платье, а как человек, проверяющий материал.

Его пальцы оказались рядом с пальцами Маргариты.

Совсем близко.

На мгновение они оба держали один и тот же край шёлка.

Ткань была тонкой, почти невесомой.

А его рука — тёплой.

Сильной.

Очень живой.

Маргарита почувствовала это тепло сквозь ткань.

И вдруг мир сузился до странной детали: их пальцы не касались, но между ними была только тонкая прозрачная полоска шёлка, и от этого казалось, будто касание уже случилось.

Она резко подняла глаза.

Александр смотрел на ткань.

Нет.

Врал.

Он смотрел на неё.

Очень спокойно.

Но слишком внимательно.

Маргарита медленно отпустила край.

— Месье де Бомон, вы правы. Обработку нужно будет проверить отдельно.

— Я могу прислать вам несколько образцов более мягкого шёлка.

Изабель повернула голову.

Вот это явно не входило в её план.

Маргарита тоже не ожидала.

— С вашей фабрики?

— С нашего склада. Фабрика работает в основном с другими объёмами, но у нас есть экспериментальные партии.

— Экспериментальные?

Слово прозвучало слишком заинтересованно.

Александр заметил.

В его глазах мелькнуло что-то почти тёплое.

— Вы любите эксперименты, мадемуазель?

— Я люблю решения.

— Даже если они непривычны?

— Особенно если привычные плохи.

— Тогда вам стоит увидеть наши образцы.

Изабель медленно произнесла:

— Александр.

Всего одно слово.

Но в нём было предупреждение.

Он спокойно ответил:

— Мама, если мы хотим платье, которое будет двигаться так, как предлагает мадемуазель Лакруа, ей нужна правильная ткань.

— У нас не было речи о сотрудничестве со складом.

— Теперь есть.

В салоне снова стало тихо.

Маргарита смотрела на них двоих и мысленно делала выводы.

Изабель контролировала ситуацию, но Александр не был послушным приложением к её воле. Он мог спорить. Спокойно. Без вызова. Но твёрдо.

И мать это знала.

И не любила, когда он делал это при чужих.

Прекрасно.

Семейная динамика обещала быть не менее сложной, чем крой платья.

— Я не откажусь посмотреть образцы, — сказала Маргарита.

Изабель перевела на неё взгляд.

— Разумеется, не откажетесь.

— Я вообще редко отказываюсь от полезного.

— А от бесполезного?

— С удовольствием.

Александр чуть опустил глаза.

Опять.

Нет, это надо было прекращать. Его едва заметные улыбки становились слишком приятной привычкой.

Адель вдруг тихо спросила:

— А платье будет… удобным?

Все посмотрели на неё.

Девушка покраснела, но на этот раз не опустила голову сразу.

Маргарита подошла к ней.

— Да.

— Правда?

— Правда. Вы сможете дышать. Сидеть. Идти. Возможно, даже не думать о платье каждую секунду.

Адель посмотрела в зеркало.

— Я никогда не носила такого платья.