Книга Джин. Любое желание — твое, страница 36 – Лисавета Челищева

— Нет… Всё нормально, — выдавила я, натягивая халат. — Просто не выспалась.

— Ну-ну, — хмыкнула она и вышла.

День тянулся бесконечно. Я делала обходы, ставила капельницы, меняла повязки — всё на автопилоте. Голова была занята другим. Рита, её вчерашние слова, её предупреждение, что мой сегодняшний день будет очень странным. И это исчезновение...

К вечеру меня начало конкретно потряхивать. Я постоянно оглядывалась, сканировала коридоры, вздрагивала от каждого шороха. В какой-то момент, разнося лекарства, я чуть не перепутала дозировку — вовремя заметила, но руки всё равно затряслись от паники.

— Соня. — Голос за спиной заставил меня подпрыгнуть.

Я обернулась. Валентин стоял в проходе, сложив руки на груди.

— Ты в порядке? На тебе лица нет.

— Да, просто... — я попыталась изобразить улыбку, но вышло, нервное, неубедительно. — Жизненные заморочки.

— Какие?

— Ничего серьёзного.

Он оглядел меня, будто пытаясь залезть в душу этим своим взглядом.

— Поехали ко мне. Отдохнёшь, поужинаешь. Антон уже скучает по тебе.

— Не могу, — выпалила я слишком быстро. — Мне... домой надо. Я, кажется, обогреватель не выключила. Он на полной мощности работал, пока меня не было, надо проверить, а то сгорит всё к чертям.

Валентин нахмурился.

— Сонь...

— Правда, — я уже пятилась к выходу. — Я позвоню тебе, хорошо? Из дома. Сразу наберу тебе.

— Ладно. — Он вздохнул, сдаваясь. — Но я тебя подвезу. Даже не спорь.

Дорога до Василеостровской заняла почти час из-за пробок. Мы ехали молча, только радио тихо играло что-то ненавязчивое. Валентин иногда бросал на меня взгляды, но вопросов больше не задавал.

Он остановился у моей парадной и заглушил двигатель.

— Я подожду, пока ты не зайдёшь.

— Валентин, не надо...

— Я подожду.

Я вздохнула, вышла из машины и быстро нырнула в арку. Обернулась уже у двери — его машина стояла на месте, фары горели в темноте. Я помахала, он мигнул дальним светом в ответ. Только когда я скрылась в подъезде, фары погасли, и я услышала звук отъезжающей машины.

В подъезде пахло сыростью и кошками. Тусклая лампочка на лестнице мигала, как в дешёвом хорроре. Я поднялась на свой этаж, вставила ключ в замочную скважину, толкнула дверь...

И замерла на пороге.

Воздух в комнате был какой-то... другой. Тяжёлый. Спёртый. С лёгким металлическим привкусом, который я сразу узнала. Запах моей болезни. Запах тех ночей, когда я видела кровь там, где её не было.

Я включила свет. Всё стояло на своих местах. Диван, стол, плита в углу, подоконник с засохшим цветком. Всё выглядело по-обычному. Но ощущение чужого присутствия не уходило.

— Бред какой-то, — буркнула я, чтобы разогнать тишину. — Я просто устала от всего этого.

Я скинула кроссовки, прошла в комнату, села на кровать. Пружины жалобно скрипнули. Обхватила себя руками, упав на подушки.

За окном залаяла собака. Потом ещё одна. Потом наступила тишина — такая абсолютная, что в ушах зашумело.

И в этой тишине я услышала чей-то шёпот.

Сначала я подумала, что мне показалось. Замерла, прислушалась. Тишина.

А потом снова. Тихий, ровный, будто кто-то бормотал молитву прямо за тонкой стенкой. Слов было не разобрать, но интонация... интонация была мне знакома.

Рита.

Я вскочила с кровати, сердце панически сжалось. Шёпот резко прекратился.