Книга ...штопаем ранения души, страница 57 – Александр Горохов

В общем, накануне осенних каникул на меня насела классная руководительница, присутствовавшая при громкой читке фрагмента из предисловия. А после начала третьей четверти оставила меня после уроков.

— Миша, ты меня просто поразил. В такой огромной книге я нашла очень, очень мало не только грамматических, но даже пунктуационных ошибок. Это невероятно! Даже некоторые мои знакомые с высшим филологическим образованием допускают их чаще.

— Есть такая болезнь у меня, Ирина Александровна: случается, увлекаюсь и забываю ставить «закрывающие» запятые во всевозможных причастных и деепричастных оборотах и вообще в сложных предложениях. И при вычитывании не всегда этого замечаю, «глаз замыливается».

— Я, Миша, хочу сказать совсем не про ошибки. Я хочу сказать, что книжка очень интересная. Конечно, сразу видно, что не Толстой или Достоевский писал, но для фантастики — это просто высочайший уровень. Такую книгу будут читать. Её нужно издавать!

— Дохлый номер, — поморщился я. — Ни одно издательство такое не возьмёт, я даже пытаться посылать туда не буду: они же не возвращают рукописи, а мне жалко времени на перепечатывание. Да и перепечатывать не на чем.

— Почему ты считаешь, что не возьмут?

— Да очень просто. Во-первых, там нет ничего от социалистического общества. Наоборот, сплошной феодализм и зачатки капиталистического общества. Во-вторых, главные герои принадлежат не к пролетариату или хотя бы крестьянству, а являются представителями правящего класса. В-третьих, главный конфликт книги носит не межклассовый характер, а ярко выраженные черты внутриклассового. К тому же, главный герой в результате добивается попадания в самую верхушку эксплуататоров, становится кандидатом в монархи. В-четвёртых, там мистики и антинаучных фактов полным-полно. Хорошо, если после этого мне вообще не перекроют возможность поступить в ВУЗ или даже техникум по оборонной специальности. Нет, Ирина Александровна, эта книга не для издания, я это знал, когда только начинал её писать.

Энтузиазм Манаевой откровенно угас.

— А для чего тогда ты вообще её писал?

— Захотелось написать именно так, как я это себе вижу. Чисто для себя. Ну, и имел неосторожность пообещать Рае Муртазаевой дать почитать.

— Миша, а если попробовать издать её не в Советском Союзе, а где-нибудь за границей? — после пары минут раздумий осторожно произнесла «литераторша».

Я пожал плечами.

— На русском языке? Кто её там читать будет? А если переводить, то это огромные средства. Особенно там, за рубежом.

— Можно попробовать это сделать в Израиле. Там достаточно много русскоязычных жителей, а у меня там найдутся знакомые. Я даже готова сама перепечатать книгу, откорректировать её и через этих знакомых попробовать договориться об издании.

Поскрёб затылок. Учитывая, что я не какой-нибудь СоЛЖЕницын или Долматов, шансы невелики. Но ведь попытка — не пытка. Не получится — ну, и фиг с ним. Получится — хорошо. Учитывая страну, где предлагается попытаться издать, сколь-нибудь значимых прибылей эта афера всё равно не принесёт, только понтов и добавит. И то хлеб!

— Если только под псевдонимом… У меня есть кое-какие виды на работу в «оборонке», и очень не хотелось бы, чтобы при этом на меня «повесили» связи с заграницей. Ну, например… Майк Блэкоутер.