Книга Рассвет Элларии, страница 164 – Джулия Фокс

— Признайся честно, Роберт, ты просто до смерти устал от этих помпезных придворных обедов, — заметила я, кутаясь в меховой воротник.

— Это наглая, ничем не обоснованная клевета.

— Тогда почему мы уже второй час кряду бродим по этим горам?

— Исключительно потому, что все придворные обеды находятся далеко внизу.

Я закатила глаза, а Роберт лишь усмехнулся, довольный собой. Из-за этого расслабленного состояния опасность проступила слишком внезапно. Воздух вокруг стал вязким и холодным, будто кто-то распахнул невидимую дверь в заброшенный склеп, полный вековой гнили. Кожа на затылке покрылась колючими мурашками. Роберт мгновенно сбросил маску беззаботности: его ладонь железной хваткой вцепилась в рукоять массивного револьвера на поясе.

— Ты почувствовала это?

Я кивнула, но ответить не успела. Из-за скальных обломков ударил оглушительный рёв, от которого заложило уши. Каменная осыпь справа взорвалась градом острых осколков, и на тропу вывалилась целая свора Одержимых. Твари возникли лавиной — серые, сочащиеся скверной, и намертво перекрыли единственный путь к отступлению.

— Назад! — рявкнул орионец, выступая вперёд и закрывая меня корпусом.

Грохот первого выстрела разорвал горное пространство. Роберт стрелял быстро, без промаха, вкладывая в каждый свистящий свинец потоки ледяной магии, отчего пули взрывались внутри Одержимых осколками морозной крошки. Первые три твари свалились, превращаясь в обледенелые куски мертвечины, но остальные навалились плотной массой.

Я судорожно огляделась, но под пальцами оказался лишь рыхлый сугроб и обломок толстой сухой ветви, упавшей с хвойного дерева. Схватив эту нелепую защиту, я выставила её перед собой.

Когда барабан северянина опустел, а монстры подобрались вплотную, он вытащил из ножен на поясе длинный охотничий нож. Роберт дрался яростно, вливая магию в сталь, которая со свистом рассекала воздух, оставляя электрические искры. Однако последний из монстров, самый крупный из них, чьё исковерканное тело напоминало бесформенную груду костей и гниющих мышц, сумел прорвать оборону и когтями с размаху ударил его в бок, швырнув спиной на гранитный выступ, и яркая, горячая кровь брызнула на белый снег.

— Роберт! — крик застрял в пересохшем горле.

Одержимый прыгнул прямо на меня. Паника ледяной иглой прошила сознание, вынуждая действовать вслепую, на одних рефлексах. Тварь нанесла коварный удар лапой сверху вниз; я попыталась выставить перед собой хоть какую-то защиту, но сухая древесина в руках с треском разлетелась в щепки. Сделав судорожный шаг назад, я больно впечаталась лопатками в холодный камень уступа, судорожно оглядываясь по сторонам и тысячу раз проклиная себя за то, что не взяла с собой оружия.

Тварь раскрыла пасть, капающую зловонной слюной, и прямо перед собой я видела её серое, лишённое человеческих черт лицо. Оружие... У меня есть оружие. Глубоко под рёбрами что-то надломилось, и привычный физический мир мгновенно утратил краски. Я ощутила Одержимого изнутри. В самом центре билось мрачное, истерзанное существо — человеческая душа, скрученная в уродливый, кровоточащий узел. Чужая боль с силой захлестнула сознание и полностью перекрыла мой собственный страх перед неминуемой смертью. Мне стало его безумно, до крика жалко. Так быть не должно.