Книга Хозяйка Фамильяров, страница 98 – Тори Блэквуд

Кожа к коже. Дыхание к дыханию. Сердце к сердцу.

Мира легла рядом со мной, прямо на холодный каменный пол, среди пепла и осколков чёрного камня. Она прижалась всем телом, обхватила меня руками, положила голову на мою грудь. Её слёзы, горячие, живые, капали на мою чешую. Её губы шептали что-то, не заклинание, не молитву. Моё имя. Снова и снова. Как мантру. Как якорь, который держит меня на границе между тьмой и светом.

— Ксандер. Ксандер. Ксандер. Я здесь. Я с тобой. Я не уйду. Возвращайся. Пожалуйста. Возвращайся.

И я возвращался.

Медленно. По крупицам. С каждым её словом, с каждой слезинкой, с каждым ударом её сердца, которое я чувствовал через нашу связь.

Наша связь. Она не разорвалась. Она просто замерла. Как река, скованная льдом. Но лёд таял. Её тепло растапливало его. Её любовь, смешная, человеческая, но такая сильная, делала то, чего не могли сделать ни магия, ни зелья, ни ритуалы. Она возвращала меня.

— Я здесь, — прошелестел мой голос в её голове. Слабый. Едва слышный. Но мой.

— Ксандер! — она вскинула голову. Её глаза, красные от слёз, смотрели на меня с надеждой. — Ты слышишь? Ты вернулся?

— Я не уходил. Просто задремал.

— Задремал?! — она шлёпнула меня по плечу. Слабо, но искренне. — Ты чуть не умер! Ты лежал без сознания несколько часов! А говоришь задремал!

— Драконий сон. Очень глубокий, — я попытался улыбнуться, но губы ещё не слушались. Получилось что-то вроде гримасы. —Ты плакала.

— Конечно, плакала! Ты меня напугал!

— Прости.

Она замерла. Её пальцы, которые до этого колотили меня по плечу, теперь нежно гладили кожу. Её лицо, искажённое гневом и страхом, смягчилось.

— Не извиняйся, — прошептала она. — Ты сделал то, что должен был. Ты спас нас всех. Ты уничтожил Архимага. Ты... — она запнулась. — Ты был великолепен.

— Ты тоже. Ты коснулась сосуда. Без тебя ничего бы не вышло.

— Мы команда.

— Команда, — согласился я.

Подошли Морганус и Элли. Старый профессор выглядел так, словно постарел ещё лет на десять за эти несколько часов. Но в его глазах горел огонь, тот самый, который я помнил по нашим занятиям семьдесят лет назад. Огонь ученика, который превзошёл учителя.

— Вы живы, — сказал он. — Я знал. Я верил.

— Вы лжёте, — ответил я. —Но я ценю.

Морганус усмехнулся.

— Возможно. Но теперь, когда вы живы, я могу официально заявить: вы, Ксандриэль Игнис, самый безрассудный, самый упрямый и самый великий дракон из всех, кого я знал.

— Я единственный дракон, которого вы знали.

— Это не умаляет ваших достоинств, — он поправил очки. — А теперь давайте выбираться отсюда. Это место пропитано тёмной магией. Оно разрушается.

Я огляделся. Морганус был прав. Стены зала, которые раньше казались незыблемыми, теперь покрывались трещинами. Пол дрожал. С потолка сыпалась каменная крошка. Без магии Архимага крепость не могла существовать.

— Нужно уходить, — сказал я. —Мира, помоги мне встать.

Она подхватила меня под руку. Я попытался подняться и понял, что не могу. Ноги не держали. Тело было чужим, непослушным. Резерв почти на нуле, лишь тонкая струйка энергии сочилась от Миры через нашу связь.

— Ты не можешь идти, — констатировала она.

— Могу.

— Ксандер, ты даже стоять не можешь.

— Тогда полечу.

— В какой форме? Ты сейчас даже в ящера не перекинешься.