Книга Сладкие булочки мадам попаданки, страница 87 – Дина Нежина, Анна Пфари

Пытаюсь собрать мысли воедино. И сам не понимаю, как оказываюсь у дверей комнаты Филиппа. Подходя к дверям, я прислушиваюсь к звукам – ни звука, ни голоса. Дверь не закрыта. Принц уверен, что никто не посмеет войти сюда в его отсутствие, и я, воспользовавшись этим, вхожу. Лишь крайней степенью своего отчаяния могу себе объяснить тот факт, что я игнорирую важнейшую норму, запрещающую входить в покои монарших особ без их соизволения.

Я лишь толкаю дверь и проникаю в комнату. Сердце неминуемо подскакивает в горлу.

Чувствую себя чуть ли не изменником короны, стоя посреди принцевых покоев. С ужасом понимаю, что я здесь из-за Элис. не будь ей угрозы, я бы в жизни не решился нарушить уединение и неприкосновенность спальни наследника престола.

На столе кучей свалены бумаги. книги и какие-то отдельные записки. Но мое внимание приковывает толстый дневник, обшитый потертой кожей, с золотым королевским орнаментом.

Моё сердце начинает биться чаще. Я и так уже совершил преступление, проникнув сюда. Так что следующее – читать дневниковые записи моего кузена, принца Филиппа – дается мне намного проще.

“Семь бед – один ответ” – в голове против моей воли встает образ Элис, от которой я как-то слышал это выражение. Теперь до меня в полной мере доходит его смысл.

Присаживаюсь на край стола, открываю дневник и начинаю читать. Словно портал в ад открывается передо мной.

Я не могу оторваться, но чем дальше я читаю, тем глубже степень ужаса, в который я проваливаюсь, словно в глубокую пропасть.

Страницы полны записей, описывающих, как Филипп организовывал пожары – как, завидуя магической силе других, он устроил несколько инцидентов, чтобы заполучить древний артефакт, кулон, дающий безграничную власть над огнем.

В одной из записей я с трудом различаю слова:

— «…и если кулон, утраченный много десятилетий назад, попадет в мои руки, я буду править огнем так, как никогда ранее…весь огонь этого мира подчинится мне, словно раб!»

Мои руки начинают дрожать. Неужели все это правда?!

Мои родители погибли в пожаре, и, сейчас я читаю о том, что совсем еще юный Филипп стоял за этим ужасающим актом, организовав его ради зависти к магии, которой ему так не хватало?

Каждая запись, каждое слово проникает в мое сознание, вызывая горечь и гнев, когда Филипп оправдывает свои действия как «естественное проявление силы».

— Победителей не судят, – записывает он где-то дальше, – «но я заслуживаю большего, чем быть в тени тех, кто владеет настоящей магией. Я не могу ждать, когда отец отойдет и в мир иной, передав мне по праву наследования несокрушимую королевскую магию. Вместо этого я обзаведусь своей. И когда соединю их – добытую моим упорством и полученную по наследованию престола, я стану поистине непобедим!”

В этот момент я понимаю: все эти пожары, все его амбиции – все было продиктовано жаждой силы и жаждой власти.

Я закрываю дневник, пытаясь унять бурю чувств. Мне тяжело решать, что делать дальше. Понятия не имею, как отнесется его величество к моим прискорбным открытиям.

Мне самому становится дурно от него. Филипп, который был мне знаком с самого детства, и на кого я равнялся в юности, оказался убийцей моих родителей. И не только их. Он устраивал поджоги, собирал смерти магов в поисках кулона.