Книга Замуж за дракона. Случайная жена повелителя, страница 30 – Дина Нежина

И вот это уже пугает.

Спустя какое-то время, мы уже идём по коридорам так, будто ничего не случилось.

Будто только что не пытались ворваться в мою комнату тёмные фигуры, не тянули ко мне липкую магию, не разрывали воздух чужим холодом. Будто Каэлгард не стоял у стены, истекая кровью, и я потом не держала ладонь на его ране, вытаскивая из неё чужую тьму, как занозу.

Но это всё было, я прекрасно помню и не могу притворяться, что всё в порядке. Теперь каждый шаг отдаётся во мне дрожью.

Каэлгард идёт сам. Не позволяет себя поддерживать, не опирается на стражников, сопровождающих нас. Он движется ровно и прямо, будто сделан из железа.

Я иду рядом с ним и прекрасно вижу, как у него подрагивает плечо, как губы становятся бледнее, как он на вдохе едва заметно морщится. Он держит боль внутри, как держат зверя на цепи, приучая его повиноваться.

Лекарь шагает рядом и что-то тихо говорит ему шёпотом, но Каэлгард не отвечает, и даже, кажется, не реагирует. Так что лекарь словно болтает сам с собой.

Стража расступается перед нами, слуги вжимаются в стены, опуская головы. Ловлю себя на мысли, что готова подхватить Каэлгарда, если он пошатнётся.

Хоть это и довольно глупо. Он весит, наверное, как двое здоровых мужчин, и даже если бы я была сильнее, чем выгляжу, я всё равно его не удержу. Но сердце не слушает разум. Сердце помнит, как он закрыл меня собой без раздумий, как спас от казни.

За размышлениями и мимолетными наблюдениями я не замечаю, как мы доходим до покоев хозяина замка. Вышколенный слуга распахивает с поклоном перед нами широкие двери.

Покои Каэлгарда другие, не такие, как мои, светлые гостевые. Здесь темнее, строже, всё прямо свидетельствует о том, что хозяин не любит лишних украшений. Камень, дерево, тяжёлые шторы, широкий камин, где уже горит огонь. Она выглядит именно так, как и должна выглядеть личная комната хозяина огромного замка, где много раз переживали зиму и не боятся её.

— Сюда, Повелитель, — произносит лекарь, указывая на огромную, под стать своему хозяину, постель.

Каэлгард делает ещё шаг — и я вижу, как он на мгновение теряет равновесие. Не падает. Просто едва заметно качается, а потом выпрямляется, будто случайно оступился, запнувшись. Но мне хватает этого мгновенья, чтобы ладони стали влажными.

Дракон опускается на постель, похоже, на время забывая о моём существовании, что меня не может не радовать. Иначе бы, я в этом уверена, он снова бы приказал оставить его.

Лекарь тут же стягивает пропитанную кровью ткань, сначала ловко разрезав её ножницами, чтобы не причинять лишнюю боль.

Я отвожу взгляд на секунду, но тут же заставляю себя смотреть обратно. Рана выглядит хуже, чем мне хотелось бы.

Тёмные разрезы, неровные края, и я снова чувствую тот холод. Лекарь работает быстро. Он снова накладывает мазь, пахнущую травами и чем-то резким, щиплющим нос. Каэлгард сжимает челюсти, но не издаёт ни звука. Только на миг его пальцы сжимаются в кулак, и по костяшкам пробегает золотой отблеск.

Я стою у изножья кровати, не мешаю. Но и не ухожу.

— Госпожа, — тихо говорит служанка за моей спиной. — Вам принести воды?

Я киваю, не доверяя собственному голосу. Но потом всё же решаюсь обратиться к лекарю, заметив, что он почти закончил свою работу.