Книга Графиня Харель, страница 187 – Эльза Скарлетт

— Тарин, у тебя же есть договор с Мейнирой, она сама мне рассказывала. Она любит тебя. И ее все то, о чем ты сейчас говорил, устроит. Если она тебе не безразлична, не порти жизнь себе и мне несчастным браком.

— А если я скажу, что влюблен в тебя?

— Ты сейчас себя убеждаешь, или меня? Влюбленность — не любовь, Тарин. Она проходит, и ей на смену не всегда приходит именно любовь.

— Я все равно хочу попробовать, — упрямо заявил Клутвин. — Нам не обязательно любить друг друга, чтоб жить счастливо вместе.

Я усмехнулась. Да, так считало большинство. Да и я сама не сильно верила в ту самую любовь, о которой прочитала когда-то в случайном романе. Но я понимала, что слова могут быстро забыться, а привычки — вечны. Привычки Тарина мне были отвратительны.

— А я не хочу! В отличие от тебя, я не влюблена и навряд ли когда-нибудь полюблю тебя. Мы разные по характеру.

Тарин молчал, смотря под ноги.

— Я попробовал по-хорошему… Мой отец не отступит. Он уже давно написал твоему дяде и прошение королю.

— И мой дядя, судя по всему, уже должен был ответить. Хотя бы устно, — ответила я, глядя Клутвину в глаза.

Он снова промолчал, так как я угадала ответ.

— Тарин, прими это. Я никогда не полюблю тебя. Между нами нет ничего общего.

Парен поднял на меня голову.

— Если получится так, что отец сумеет уговорить короля, и твой договор будет расторгнут, я постараюсь сделать все, чтоб ты не страдала. И, Лея, откажись от участия в магических играх, пока не поздно…

— Поздно, Тарин. Я буду участвовать!

И ушла, не желая продолжать разговор. В гостиной меня за руку схватила Линетта, и потянула к лестнице.

— Идем скорей. Села хочет тебя видеть.

Девушка была взволнованна.

— Линетта, прости, что так вышло. Я не знала, что могу причинить боль жене твоего брата, — извинилась я, пока мы шли.

— Брось, Лея. Это уже давно длится. С тобой или без тебя, но нечто подобное должно было случиться.

Меня завели в покои на втором этаже, судя по всему хозяйские, и провели в купальню.

В округлом бассейне, в центре большого помещения лежала русалка в своей истинной ипостаси. Её красивый длинный хвост с плавниками, сверкал в свете светящих кристаллов. Волосы девушки изменились и имели зеленовато-голубой отлив. Тело покрывала мелкая сверкающая чешуя. Она была еще красивее, чем в человеческом виде. Рядом, прямо на коленях, держа русалку за руку в поцелуе, сидел Индрис и из его глаз текли слезы.

Мне стало неловко от такого интимного момента. Мы с Линеттой остановились. А Села подняла на меня глаза и протянула вторую руку. Я подошла и присела, отвечая на рукопожатие. Русалка меня не отпустила.

— Извините меня, — пробормотала я.

— Нет, графиня Лея. Вам не за что извиняться. Вы пробудили во мне, лишь то, что спало. Я разрушаю себя и нашего ребенка в этом доме. Мне здесь не место. Это все ни для кого из нас не закончится хорошо, если будет так продолжаться.

Я не могла поверить услышанному. Русалка собралась уходить? Я способствовала разрушению семьи? Мне стало неимоверно плохо и совестно.

— Я хотела вас еще раз поблагодарить, на прощание, — продолжила она. — Мы встретимся еще. Наш народ обладает даром предсказания. И я хотела вам сделать ответный подарок.

Она сняла со своего пальца кольцо с крупной черной жемчужиной.