Книга Принцесса Сарнгейта. Часть 2, страница 344 – Эльза Скарлетт

— Как ты можешь, Элдрин? – возмутилась я. – Я тебе тут душу раскрыла и призналась, как трудно мне, девушке, подвергаться унижениям, а ты в ответ на это так пренебрежительно отзываешься о других!

От злости я стукнула его легонько по плечу.

— Ой! – воскликнул дроу, притворно испугавшись. – Ладно! Не нужно только больше меня бить… Я готов сдаться и признать свою неправоту. Но для меня ты лучше всех остальных женщин, однозначно, Лея…

— То-то же! – улыбнулась я, шутя в ответ, и заканчивая лечение.

Баночку я практически израсходовала. Леди Элине была права, когда говорила, что лекарство не целесообразно в применении. При той стоимости букетика снежных фиалок, что подарили ей драконы, и с учётом того, сколько мази получилось, это была огромная роскошь. Оставалось надеяться, что она действительно чудодейственная и поставит Элдрина на ноги быстро, ибо удержать его в госпитале будет нереально, с его-то неуёмной энергией и непоседливостью.

— Я закончила, - объявила, закрывая спину друга простынёй. – Лежи теперь, поправляйся и старайся не шевелиться. Тебя захотят увидеть наши друзья. Мне пустить их?

— Нет, - ответил Элдрин. – Скажи, что я сплю. Я всё ещё никого не хочу видеть, и хочу побыть один. Пусть приходят позже.

Когда я вышла в коридор, увидела всех друзей, слоняющихся в ожидании меня. Топтался тут и второй пациент палаты, опираясь на костыль и подгибая ногу на весу. И те самые младшие лекари, задачей которых было оказать пациенту помощь. Корин тоже был тут и стоял, облокотившись плечом о стену, со скрещенными на груди руками, в молчаливом осуждении взирая на меня.

Медленно обведя всех взглядом, я обратилась ко всем:

— Раны я обработала. Элдрин сейчас спит, и его лучше не тревожить. С ним всё будет в порядке. Мириг, простите, что заставили вас ждать в коридоре, - сказала я в конце престарелому гному.

Гном посмотрел на меня удивлённо и хмыкнул в усы:

— Не думал, что вы помните меня, принцесса.

— Вы год назад были главным канониром на корабле моего отца. Я помню. Это вам, - и я отдала остатки мази. – Намажьте колено. Снимет боль и воспаление.

Гном мазь взял и, поблагодарив, заковылял в палату, двери которой я сама же и закрыла. Ушли и лекари, недовольно бурча под нос о «зарвавшихся» пациентах и нерадивых курсантах.

Не желая больше ничего обсуждать, я направилась в артефакторскую мастерскую, где мне нужно было доделать для себя шест. Сдача зачётов и нормативов должна быть завтра, и мне нужно было успеть закончить, чтобы сегодня вечером и утром успеть попрактиковаться. Времени на всё было крайне мало.

Алигиэрин появилась позже, когда я ставила на огонь зелье, усиливающее упругость и прочность дерева. Сдвинув что-то с края моего стола, она поставила коробку с тортом и, сняв крышку, принялась есть его ложкой. Причём всё это она делала молча, задумчиво и печально.

— Почему он тебя попросил помочь? – спросила меня дроу через минут десять.

— Потому что ему было плохо? – предположила я, ответив вопросом на вопрос.

— Попросить об этом Тирела было бы благоразумнее. Элдрин знает тебя меньше всех нас, но всё же доверился именно тебе, - заметила дроу, пристально смотря на меня и зачёрпывая новую порцию сладости.

— Алигиэрин, порой нам не хочется слушать ни чьих сочувствий, ни нравоучений, а рядом нужен тот, кто просто поможет и поддержит молча. Элдрин очень гордый, и не переносит снисхождения.