Книга Последняя из рода Жар-Птиц. На перепутье миров, страница 129 – Алекса Вулф

— Матушка Яга, батюшка Кощей, свят-свят, чур меня! — забормотал Мяун, поминая всех и вся. Видать, и кота прошибло значимостью момента. Что уж говорить про меня.

— Он выстоит? — спросила я Кощея, указывая на купол взглядом.

— Он — да, — хмыкнул Бурислав, смирившись с тем, что я существую и игнорировать меня дальше было бы бессмысленно и глупо. — А вот мы — не факт.

— Да ладно тебе, — фыркнула Марья. — Сам же знаешь, им нужна она. Отдай — и тебя не тронут.

Взгляд, которым наградил Кощей свою бывшую ученицу, мог бы убить на месте. Если бы Марья была простой смертной. У меня закрались сомнения в истинности её чувств к Буриславу. Иначе она бы точно понимала, как много для него значили честь и долг. Один раз он пострадал от того, что сбежал, позволил случиться злу, однако там было оправдание — возраст. Сейчас же перед богами стоял не ребёнок, но муж. Сильный колдун с мощной родовой защитой, которая пусть и пропустила проклятие, но всё это время берегла наследника Кощеева. Замок тому подтверждение. Не работай эта защита, от нас остались бы угольки да пепелище.

Я ужаснулась от мысли, что история сделала свой круг и вернулась к истокам. Этот замок уже сгорал дотла. Неужели пришло время повторения трагедии?

Кощей не ответил Марье, лишь встал поудобнее, расставив ноги на ширине плеч, и грозно выставил руку с посохом — я и не видела его раньше! Красивый, выполненный из матового чёрного дерева с устрашающим набалдашником из сучковатых веток и крупного кристалла, в котором от стука оземь засветилась магия.

— Не выдам жар-птицу, хоть пламенем жгите!

У меня такая гордость за него в душе всколыхнулась, аж жаром обдало. И не за сильнейшего колдуна современности, а за того мальчишку, который всё ещё жил внутри этого взрослого мужчины и который наконец смог расправить плечи и встретить опасность лицом к лицу — не таясь, не убегая.

Уверена, были бы живы родители Бурислава, они бы безмерно гордились своим сыном в этот миг.

Шальная мысль стрельнула в голове. Я постаралась отрешиться от происходящего вокруг и обратилась к пернатой, что молчаливым зрителем наблюдала за происходящим.

— Ну что, теперь ты готова его простить?

— Я… не знаю, — растерянно отозвалась жар-птица. — Давит боль воспоминаний, раздирают противоречия. Прошлое путается с настоящим, чувства захлёстывают… я…

— Идём, — взяв за руку Ивана, сказала я, не слушая птаху дальше. Для себя я уже всё решила, и никто и ничто не смогло бы заставить передумать.

— Бурислав, мы отойдём, — предупредил Кощея княжич, ни на миг не усомнившись в моей просьбе. Сказано идти, значит, так надобно. В очередной раз душа моя расцвела ярким солнцем в груди, преисполненная светлой всепоглощающей любви к этому мужчине. Пусть мы знакомы не так много времени, но казалось, что прожили бок о бок всю жизнь. А впереди нас ждало безграничное счастье… которое теперь мне предстояло защитить.

Я тянула княжича ровно до попадания в холл замка, дальше он понял мою задумку и уже первым шёл, удерживая мою руку в своей.

— Уверена?

— Да.

Когда мы вошли в комнату с нерукотворной картиной, стены замка содрогнулись в очередной раз. Вот только я чувствовала — ещё один-два таких удара, и защита замка падёт. Не знаю, откуда взялась такая уверенность, но вместе с тем я чувствовала наверняка: как только перо окажется в нише, сила рода Кощеева заполнит каждый кирпичик, запитает каждую трещинку, и щит, что сейчас был мощным оружием и сопротивлялся гневу аж двоих богов, станет в несколько раз сильнее. Главное — успеть. А что потом? Я не знала, но действовала интуитивно.