Книга Как укусить вампира, страница 88 – Лена Тулинова

— Выходите уже, — сказал посыльный. — Дина Владимировна, неужели вы не хотите встретиться с вашим дедушкой?

— А зачем? Я уже видела деда Стефана в этом году, — ответила девушка вполне искренне.

— Вы хотите встретиться с ним, — настойчиво сказал посыльный.

Пришлось выходить из коляски, пока, чего доброго, не вынесли силой. Впрочем, Дина сомневалась, что у этого молодого человека хватило бы силёшек. Но он мог позвать на помощь, да и потом, не хотелось некрасивых сцен, даже на окраине, посреди пустой улицы.

Попадать в газеты чаще двух раз в год со всяческими скандалами не очень хорошо сказывается на репутации.

Первым, кого Дина увидела в прохладной и пахнущей старьём гостиной Найдёновского дома, был вовсе не дедушка и даже не его верный камердинер Яков. Это был Одинцов, и он стремительно что-то строчил, стоя у окна и положив бумагу на подоконник. При звуках Дининых шагов он как-то съёжился и неловко обернулся, но, увидев девушку, тут же распрямил плечи, поднял голову, надел на лицо приличествующее случаю выражение.

— Дина Владимировна, рад, что вы приехали, — сказал так мягко, словно хотел укрыть своим голосом от всех бед.

Вот только Дина ему не верила. Ни выражению лица, ни голосу. Тёмно-серые глаза мужчины казались какими-то стеклянными, губы никак не желали растягиваться в улыбку. Одинцов был напряжён, насторожен, возможно даже, кем-то подавлен и запуган.

— Не могу сказать, что, в свою очередь, очень рада видеть вас, Кирилл Сергеевич, тем более здесь, — осторожно сказала она. — Думала, вы заняты расследованием смерти Майского.

— Именно этим и занимаюсь, — ничуть не стушевался Одинцов: говорил он, однако, вполне бойко. — Дина Владимировна, мне кажется, мы сразу отсюда можем поехать к вашим родителям.

— Зачем?

— Вы так прямолинейно спрашиваете, словно стреляете, — сказал Одинцов.

Ему не шли попытки флиртовать, уж лучше и сам бы стрелял.

— Чтобы просить благословения, — ответил от входа в гостиную отнюдь не Кирилл Сергеевич, а дедушка Стефан. — Времени у нас не так уж много. Ты закончил гороскоп моей внучки, Астралис?

— Астралис? — спросила Дина. — Гороскоп?

— Я закончил, мой Звёздный Зодчий, — кротко сказал Кирилл Сергеевич.

Дина переводила взгляд с одного на другого.

У неё возникло ощущение, что просто так ей отсюда, из этого дома, уже не выйти. Но в кармане мундира вдруг что-то ощутимо дрогнуло, правому боку стало тепло. Девушка подавила желание коснуться визитной карточки с непростыми буквами, а вместо этого подошла к Стефану, сделала книксен и спросила:

— Вы хотели видеть меня, дедушка? Но почему было просто не прислать за мной кучера?

Старик пожал ей руку обеими своими, да так крепко, словно Дина была мужчиной. Сквозь тонкие перчатки она ощутила холод. Кажется, даже у вампира не было столь холодных рук.

Стефан был худощав и моложав. Русые с густой сединой длинные волосы, расчёсанные на прямой пробор, полускрывали крупные уши, светлая кожа почти без морщин гладко обтягивала выступающие скулы и длинный тонкий нос. Не было бы преувеличением сказать, что Стефан Анатольевич походил на белую крысу. Разве что глаза были не красные, а светло-карие, ясные. И быстрые, как два стрижа.

Мать Дины была не в него — полная, с плавными движениями, со светлой толстой косой. В ней словно поселился весь солнечный летний свет из деревеньки Лосино, где прошло её детство и куда Дину раньше возили на дачу. Стефан выдал Ларису замуж совсем девочкой, и в семнадцать она родила Дину. Но после тяжело заболела и после уж не могла выносить ни одного ребёнка. И почему-то во всём винила деда. Никогда не рассказывала Лариса, в чём состоит его вина, просто старалась не общаться с ним. Тем не менее, девушка видела, что между матерью и отцом всё сложилось достаточно хорошо.