Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 66 – Каталина Канн

Но я остановился. Ледяные слова сестры всплыли в памяти, впиваясь в сознание. «Влюбиться нельзя».

Но то, что я испытывал к измученной и прекрасной королеве — любовь ли это? Нет. Не может быть.

Это чистая, эгоистичная страсть. Животный голод, не более. Она была ранена горем, размягчена вином, доведена до отчаяния сегодняшним нападением гончих. Она была сама не своя. А я… я терял себя в ней, терял контроль, который спасал меня тысячелетия.

Я откинулся назад, встав на колени на кровати, всё ещё сидя верхом на её бёдрах, тяжело дыша, глядя на неё сверху вниз.

— Прими мои извинения, маленькая королева, — собственный голос прозвучал глухо, чужим. — Этого не было в нашем соглашении.

Женщина выскользнула из-под меня, села, потирая лоб тонкими пальцами.

— Нет, — тихо сказала она. — Не было.

— Я думаю, мне будет лучше найти утешение в другом месте. И тебе, наверное, тоже стоит.

— В том-то и дело, — она не смотрела на меня, её взгляд ушёл куда-то в сторону. — Люди будут ожидать, что мы будем верны друг другу. Любые слухи о неверности могут стать… проблемой.

Я стиснул зубы, сдерживая желание повалить её обратно на подушки. Желание жгло меня изнутри.

— Если ты захочешь кого-то в постель, — ее голос звучал ровно, будто обсуждала она не страсть, а хозяйственные распоряжения. — Можешь это сделать, но будь осторожен. Усыпи стражу в коридоре, и убедись, что твой избранник умеет хранить тайны.

— А ты? — спросил я. — Ты пригласишь кого-нибудь ещё на свою постель?

Она поджала губы, покачала головой.

— Я не могу, — она соскользнула с кровати, стянула края распахнутого платья, запахнулась в него, как в доспех. — Тебе пора идти. Мы уезжаем на рассвете.

Я нехотя поднялся, направился к двери, ощущая тяжесть в каждой мышце тела. На пороге я обернулся и посмотрел на королеву, которая стояла неподвижно, её тонкий силуэт вырисовывался на фоне танцующего пламени. Одинокая, загнанная в угол и голодная, точно такая же, как я.

Пульсирующая боль пронзила моё сердце, но я не сказал ни слова. Вышел из комнаты и закрыл за собой дверь.

Рейвен

Мы с Араутом покинули дворец в тот самый миг, когда первые лучи солнца начали пробиваться сквозь темноту, окрашивая небо в бледно-розовые и золотистые тона.

Воздух во дворе был таким холодным, что, казалось, он раскалывался на куски, как тонкое стекло, и внутри кареты было немногим теплее. Я куталась в свой плащ, но дрожь всё равно пробирала до костей.

Перед самым отъездом из башни выбежала Хесси с охапкой свёртков в руках. Она протянула нам тёплые булочки, аккуратно завернутые в промасленную бумагу, и две бутылки горячего чая, от которых шёл ароматный пар.

— Спасибо, Хесси, — сказала я, принимая угощение, и помахала ей рукой, пока Фарли загружал последний багаж.

В сопровождении шести конных стражников наша карета выехала из ворот дворца, пересекла ещё сонный город и направилась к западной стене, за которой начинались деревни. Я сразу же открыла свой блокнот для планирования и, прихлёбывая горячий чай, принялась просматривать записи.

Сегодня я надела перчатки без пальцев именно для того, чтобы удобнее держать карандаши и переворачивать страницы. Позже, к вечеру, я буду измотана до предела, но сейчас мой мозг кипел от маниакальной, почти лихорадочной энергии. Я зацикливалась на деталях, снова и снова перечитывала маршрут, проверяла, не забыла ли чего.