Книга Договор с Повелителем Мёртвых, страница 105 – Каталина Канн

Свет жизни Араута совершил ещё одно чудо. Он ускорил созревание урожая в дворцовых теплицах, а когда наступила весна, он пролил этот живительный свет и на поля. В тот год мы собрали два обильных урожая, которых было достаточно, чтобы предотвратить голод и наполнить доверху все королевские хранилища.

Мой народ на удивление легко принял присутствие Араута. Может быть, после того, как они так долго жили бок о бок со смертью, каждый день ожидая конца, они научились не бояться её. А кто бы устоял перед страхом, если его воплощение было столь же прекрасным и величественным, как мой муж?

Благодаря их искреннему поклонению Араут становился всё могущественнее с каждым днём. Храмы, воздвигнутые в его честь, появились по всему королевству, и несколько северных городов объединились, чтобы построить для него величественное святилище. Он утверждал, что не хочет этого, но я видела искорки удовольствия в его глазах при каждом упоминании о новом храме.

Торговля с соседними королевствами возобновилась, но мои люди хранили молчание об истинной природе Араута. Как мы и просили, они держали его личность в тайне от чужаков. А если какой-нибудь слух и просачивался за пределы наших берегов, мало кто из иностранцев верил в него — ведь Араут обычно сохранял свой человеческий облик на публике, и только самые зоркие могли заметить налёт божественной силы в его глазах.

В день первой годовщины нашей встречи Араут настоял на том, чтобы отвезти меня за город, к той самой чме в лесу. Он был переполнен энергией и я чувствовала, как она струится по его коже, пульсирует в кончиках его крыльях.

— Мне нравятся сцены разложения и смерти не меньше, чем любой другой девушке, — сказала я, когда мы приземлились у ямы. — Но, признаюсь, я представляла себе нечто более грандиозное и романтичное, чтобы отпраздновать расторжение нашего контракта. Если только ты не планируешь немедленно уйти от меня, как только наша связь распадётся.

— Моя маленькая королева, — Араут сжал мои плечи и его зелёные глаза, проникали в самую мою душу. — Любимая жена, — прошептал он, и в его голосе слышалась такая нежность, что у меня перехватило дыхание. — Я никогда не покину тебя, если только ты сама не захочешь этого.

— В каком мире я могла бы захотеть, чтобы ты оставил меня? — спросила я, чувствуя, как к горлу подступает комок.

Он улыбнулся, той особенной улыбкой, которая была только для меня, и, взяв меня за руку, повернул нас обоих лицом к яме.

— Араут, — сказала я тихо, — мои друзья погибли в этом месте. Почему мы здесь?

— Поверь мне, — он вздохнул, закрывая глаза. — Вот оно, освобождение.

И я почувствовала едва уловимое расцепление чего-то глубоко внутри меня, словно невидимая нить, связывавшая нас с Араутом, лопнула, освобождая нас обоих.

Араут застонал, и когда я бросила на него взгляд, я увидела, как чёрные цепи, которые так долго были невидимыми и неосязаемыми, отрываются от его тела. Одна за другой они рвались, лопались, отбрасывая его назад, заставляя шататься, а затем рассыпались в прах, и их остатки уносил холодный зимний ветер.

— Свободен, — выдохнул он, и в его голосе слышалось такое облегчение, что у меня сжалось сердце. — Ты не представляешь, как это прекрасно.

— Мне правда жаль, — я взяла его за руку и с раскаянием сжала её. — Мне так жаль, что мне пришлось причинить тебе эту боль. Но у меня не было выбора.