Книга ( Не) пара для вампира, страница 143 – Мэл Кайли

Оттого, что в Дракарде ему не раз пришлось хмуриться, в межбровье залегли суровые складочки, которые она тоже разгладила ласковым касанием губ. Вздохнув, мужчина зарылся носом в её волосы.

В первый раз за много месяцев бессмертная почувствовала себя по-настоящему счастливой.

Николь не спалось — долгие дни она провела в летаргии, и понадобится время, чтобы выправить сбитый забытьём режим. Мысли, чувства, воспоминания возвращались обрывками.

Последним, что она запомнила перед тем, как провалиться в беспамятство, и первым, что увидела, очнувшись, было обеспокоенное лицо Кросса.

Маркиза не ожидала, что после того, как поступил с ней Орэ, сумеет отдаться Марку с той же легкостью, как до того, но потемневшие от дикой первозданной жажды сапфировые глаза и загипнотизированная ими истинная суть рассудили иначе.

Пожалуй, спрятаться за внутреннего зверя оказалось лучшим решением, которое она могла принять в той страшной ситуации. Причинённая боль осталась на поверхности сознания, поскольку альтер эго блокировало её, не позволив прорасти корнями в душу и сердце, разрушить до основания.

Девушка вспоминала нежеланную ночь с бывшим женихом как случившийся факт — без эмоций. Лишь ещё одно тёмное пятно в биографии, которое не смыть, но она не позволит ему перечеркнуть будущее с любимым мужчиной.

Существовала и другая причина, почему она бросилась в руки вампира, как в омут с головой: в глубине души Николь затвердила, как мантру — Кросс ни за что не причинит ей боль.

С момента обращения мужчины её темная сущность перестала бояться и ненавидеть его, видеть угрозу для своей свободы, наоборот, Марк стал частью её свободы и выбора. Две половинки маркизы пришли в гармонию и с одинаковой страстью тянулись к бессмертному.

Улыбнувшись, когда он прижал её за талию к себе, вампиресса обняла широкие сильные плечи, коснулась щекой горячей груди. В объятиях возлюбленного становилось возможным пережить скорбь и тоску по утраченной семье.

С вернувшимися воспоминаниями Николь не сомневалась, что была крепко привязана к родителям и старшему брату, а они любили её в ответ, и за эту любовь поплатились. Близкие пытались защитить её — малолетнюю дурочку, которая разожгла пламя, в котором едва не сгорела.

Кросс рассказал ей в двух словах о судьбе герцога де Эвиля.

Какая злая насмешка — судьба послала ей жениха, испорченного властью и положением, чтобы раскрыть глаза на собственные проступки.

Более того, она сама увела его у подруги. Не из вредности или зависти, юная и легкомысленная леди Бертье самоутверждалась и проверяла, как далеко распространяется её власть над мужчинами.

Проверила на свою голову.

Одно утешало: Шарлотта осталась цела и не пострадала в результате интриг Орэ. Хотя кто знает: может, графиня сумела бы сделать молодого наследника счастливым, и он не превратился бы в бездушное чудовище.

С леди Сен Клэр тоже предстояло выяснить отношения.

Да, маркиза Бертье из прошлого не отличалась покладистым характером и вниманием к чужим проблемам, но Николь всё ещё не могла поверить, что подруга детства с завидным постоянством пыталась извести её.

Если бы не Марк, Лео Ханту удалось бы выполнить поручение в ночь перехода, и в Дракард вернулась бы лишь её голова. Если бы не верность Люси, попавшей под горячую руку герцога и погибшей по нелепой случайности, Орэ удалось бы добиться своего и продержать её всю жизнь в клетке внушения.