Книга Рагу для медведя, страница 56 – Вадим Фарг, Ольга Риви

— Слышала, Вишневская? — шепнул он мне на ухо. — Девок не водить. Так что веди себя прилично.

Я фыркнула, но промолчала. Сил на сарказм не осталось.

Номер «Люкс» оказался комнатой размером со шкаф. Обои в цветочек местами отклеивались, обнажая бетон. На потолке красовалось жёлтое пятно, подозрительно напоминающее карту Австралии. Из мебели была кровать, просиженное кресло и тумбочка, на которой стоял пузатый телевизор из девяностых.

Я включила свет. Лампочка под потолком зажужжала и мигнула, освещая этот шедевр.

Прямо по центру стола, шевеля усами, сидел огромный рыжий таракан. Он посмотрел на нас с явным неодобрением, словно мы ворвались к нему в гостиную без стука, и лениво пополз за тумбочку.

— Это, видимо, администратор «Люкса», — прокомментировал Миша, ставя сумки на пол. — Проверяет качество уборки.

Я подошла к кровати. Покрывало было синтетическим, электризующимся, цвета «пожар в джунглях». Я брезгливо приподняла край двумя пальцами. Под ним обнаружилось серое, застиранное бельё с какими-то подозрительными пятнами.

— Миша, — мой голос дрогнул. — Я не лягу сюда. Никогда. Даже если мне заплатят миллион долларов. Тут ДНК предыдущих постояльцев больше, чем в базе данных Интерпола.

— Да брось, — Миша устало потёр шею. — Нормальная ночлежка.

— Нормальная⁈ — я обвела рукой комнату. — Миша, я повар! Я знаю, что такое микробы! Я их вижу! Они машут мне оттуда!

Я буду спать стоя. Или в машине.

— В машине минус двадцать, — напомнил он. — А стоя ты упадёшь. Расслабься, принцесса. Мы в экспедиции. Представь, что мы полярной станции, а вокруг ледяная пустыня.

Он открыл свой рюкзак и достал объёмный свёрток. Профессиональный спальный мешок, до минус сорока.

— Вот, — он развернул его и расстелил прямо поверх сомнительного покрывала. — Стерильная зона. Внутренний слой флиса, снаружи мембрана. Ни одна местная форма жизни не прорвётся.

Спальник был узким. Одним на двоих.

— А ты? — спросила я.

— А я с краю. Буду охранять периметр от таракана-администратора.

Мы кое-как умылись над раковиной, из которой пахло канализацией, и, не раздеваясь забрались в спальник.

Было тесно. Мы лежали, прижавшись друг к другу боками, как шпроты в банке. Я положила голову Мише на плечо, вдыхая его запах. Миша щёлкнул пультом. Телевизор зашипел, выдал чёрно-белую рябь, сквозь которую пробивался звук какого-то ток-шоу, и тут же погас.

— Видимо, лимит на «Люкс» исчерпан, — констатировал он.

И тут началось.

Стены в этом заведении, похоже, были сделаны из картона. Слева раздался грохот, словно кто-то уронил шкаф, а затем женский визг:

— Колян! Ну ты животное!

— Я стараюсь, Валя! — басом ответил невидимый Колян.

Кровать за стеной начала ритмично биться о нашу общую перегородку. Скрип стоял такой, что казалось, сейчас рухнет потолок.

— О, Господи… — я закрыла лицо руками. — Миша, скажи, что это мне снится.

— Это жизнь, Вишенка, — хмыкнул он, обнимая меня крепче. — Суровая правда жизни. Колян старается. Цени момент.

Справа, из другого номера, донеслись звуки битой посуды и пьяный крик:

— Ты мне всю жизнь испортила, гадюка! Где мои носки⁈

— Я их съела! — истерично отозвалась «гадюка».

Мы с Мишей переглянулись. Ситуация была настолько абсурдной, настолько жалкой и смешной одновременно, что меня прорвало. Я начала хихикать.