Книга Остров звезд, страница 28 – Анджей Ласки

— Это значит «нет»? – спросил, наконец, он.

— Это значит «нет»! – подтвердил я, немного успокоившись. Как же вывел он меня!

— Вот и славно, – Хем явно повеселел. – У меня, конечно, нет твоей уверенности в собственной исключительности, но теперь я хотя бы могу спокойно пойти и выпить пару пинт^[45]. Спасибо, что развеял мои переживания.

— Не за что! – только и пробурчал я.

— …А потом спать, – он с чего-то решил, что я должен знать обо всех его ближайших планах. Одно хорошо, Хем действительно расслабился. Да что уж говорить, мы все в последние дни были напряжены, – глядишь, мне, как и Хайеру, приснится гримерка, полная алчущих меня фанаток, – он даже пытался шутить.

— Куда тебе до нашего одиночки. В его фантазиях к нему наверняка уже толпится очередь. От Нью-Йорка до Сан-Франциско. Девушки мечтают родить от него детей, а парни – коснуться его гитары, как древнего священного артефакта, который наверняка приносит удачу. И мужскую силу.

— Ха, с этим точно стоит обратиться к Хайеру, как напьется вечно талдычит, что у него стоит, как гитарный гриф… – хмыкнул Хем. – Доброй ночи, Кейси.

— Ага, доброй, – я скинул звонок, мимоходом взглянув на часы – половина второго. Это сколько же мы проболтали?

Дубовый хмель от виски почти выветрился, и голова прояснилась. Я заметил только сейчас. А что, не такая уж и плохая идея насчет пива. И пусть Хайер дрочит пока там в фургончике на свою Энджи. Я действительно был о нем невысокого мнения.

Поднявшись с дивана, я побрел к холодильнику.

Вот ведь, а я и правда никогда не сомневался в том, что могу играть плохо. Моя музыка словно тайное знание, переданное мне от предков или от древних индейских шаманов, бубном вызывающих духов потустороннего мира. И будем надеяться, что моя самоуверенность поможет нам добиться того, к чему мы искренне стремимся. Ведь если ты звезда, можешь хвалиться, мол всего добился сам, и с музыкой на «ты», а подруга-муза вообще живет в твоем доме. И все такие: «Да, этот парень – чертов гений!» А когда ты играешь на вечеринках у пьяных забулдыг, то в глазах других – лишь бездарность с раздутым самомнением. А разница только в объеме успеха.

Тихо щелкнула банка, обдав мягким звуком шипения вылетающих из нее пузырьков. Одним глотком я одолел ее, запрокинув наверх. Приятная прохлада провалилась в желудок. К черту все лишние мысли! Надо поспать.

И так же, на ощупь добравшись до кровати, рухнул в нее, ощущая, как меня одолевает сладкий сон. Видимо, Морфей уже был наготове, ожидая в виноградных кущах со сладкозвучной арфой в руках. Ну, а что, не одному же Хайеру мечтать?

Проснувшись утром, первым делом я проклял Хема до десятого колена, не забыв пробежаться по всем его дальним родственникам. Досталось им хорошенько, скажу я вам. И еще по той причине, что ему каким-то образом удалось залезть в мою голову. Не знаю, сделал он это преднамеренно или нет, но факт остается фактом. Всю ночь мне снилось такое, чего не пожелаешь даже захудалому начинающему артисту.

Я скитался по большому городу, замирая под окнами студий звукозаписи, и кричал, задрав голову вверх, чтобы хоть кто-нибудь меня услышал. Но темнота в окнах была молчаливым ответом, и даже ни одна створка не скрипнула. «Засунь себе свое самолюбие в жопу», – промелькнула мысль.