Книга Последнее убежище, страница 11 – Клеменс Мишальон

— Это моя жена!

Габриэль закрывает глаза и, беспомощный перед взбешенным Уильямом, поднимает руку. У меня перед глазами всплывает картинка из детства: вляпавшийся в неприятности брат сжимается в комок, готовясь получить затрещину, а мать хватает его за запястье.

— Это моя мертвая жена! – продолжает Уильям. Его лицо багровеет, он почти визжит, с каждым словом яростно встряхивая Габриэля. – Значит, тебе нравится на нее смотреть? Получаешь от этого кайф, извращенец?

Потом будут говорить: он был в шоке. Не понимал, что несет.

Я втискиваюсь между ними.

— Оставьте его в покое!

Вцепляюсь в руки Уильяма, пытаясь оторвать их от футболки Габриэля, но получаю толчок в грудь. Старик силен, и у меня ощутимо ноет между ключицами, однако я хватаю его за готовый окончательно расстегнуться халат.

— Перестаньте… – раздается рядом робкий голос.

Уильям оглядывается в поисках наглеца, затем впивается взглядом в мое лицо.

— А ты куда лезешь, сука?

Я медленно открываю рот, собираясь ответить на оскорбительный выпад, и тут Габриэль оживает:

— Простите, это недоразумение.

Он одним движением вырывается из хватки Уильяма и отступает на несколько шагов, выставив руки ладонями вперед.

— Мне очень жаль. Я не хотел задеть ваши чувства, простите.

Габриэль расправляет помятую футболку, и Уильям, похоже серьезно настроившийся на драку, разглядывает его в некотором замешательстве.

— Что ты извиняешься? – протестую я. – Он набросился на тебя, как будто…

— Все нормально, – перебивает меня Габриэль. – Я был не прав. Мне очень неловко, простите. – Бросив взгляд на собравшихся вокруг тела, он вздыхает: – Приношу всем извинения. Я вовсе не собирался устраивать сцен.

Я лишь качаю головой, а Габриэль обнимает меня за плечи и выводит из толпы.

— Все хорошо, – приговаривает он.

Хорошо? Я-то вижу: он не в себе. Чувствую, как дрожит его рука, как колотится сердце.

Габриэль продолжает идти вперед, однако уже не столько поддерживает меня, сколько сам опирается на мое плечо.

Я обнимаю его, и между нами словно проскакивает искра тревожных воспоминаний о черной дыре, едва не поглотившей Габриэля почти десять лет назад. Такие дыры возникают в сердце мужей, чьих жен находят мертвыми.

День пятый

С большинством людей за всю жизнь случается не более одной криминальной истории. У Габриэля их было две.

Во-первых, Эмиль, во-вторых – Энни.

С Энни они познакомились, когда Габриэлю исполнился двадцать один. Роман развивался стремительно, словно в голливудском фильме: свидания, коктейли, совместные ужины. Через шесть месяцев – обручальное кольцо и дом в Нью-Джерси.

Они торопились со своей любовью, будто сознавая, что времени им отпущено немного.

Через два года после свадьбы Габриэль, вернувшись с работы, не застал Энни дома. Выждав некоторое время, попытался с ней связаться, однако она не отвечала. Набрал службу спасения и сообщил об исчезновении жены, потом позвонил мне. К тому времени, как я приехала, в доме уже была полиция. Габриэлю велели ждать снаружи, пока идет обыск, а потом увезли в участок на допрос.

Через две недели труп Энни обнаружили в реке в двух милях от водопада, мимо которого проходил один из ее любимых маршрутов для пробежек.

В течение месяца Габриэля еще дважды вызывали к следователю и наконец сняли с него подозрения. Собственно, его и не задерживали – обвинений предъявлено не было.