Книга Уснуть, страница 45 – Келли Тейлор

Наступает тишина.

Я по-прежнему держу руку Дэвида. Его пальцы скрючены, ногти коротко обстрижены и тщательно вычищены. Из-под рукава белой рубашки виднеются темные волоски, они покрывают его руку почти до самых костяшек.

— Дэвид?

Просунув пальцы под манжет его рубашки, я надавливаю там, где обычно щупают пульс, и терпеливо выжидаю момента, когда почувствую биение сердца. Кристин могла ошибиться. Ей, наверное, где-то под семьдесят – вдруг она уже не так хороша в оказании первой помощи. Вдруг Дэвид просто лежит без сознания, а мы сразу записали его в покойники.

— Дэвид!

Я откидываю простыню и касаюсь щеки Дэвида. Она такая же теплая, как и его рука. Дотронувшись до его груди, я опускаю взгляд чуть ниже, на застегнутые пуговицы рубашки, жду, что увижу, как он дышит. А еще мне кажется, будто у Дэвида подрагивают ресницы.

— Дэвид! Это Анна. Открой глаза.

Склонившись над ним, я прислушиваюсь к его слегка приоткрытым губам, но не улавливаю ни шепота, ни дыхания.

— Ну давай же, Дэвид! Давай!

Я опираюсь ему на грудь кулаком, а поверх кладу другую руку. Чтобы выдержать ритм, приговариваю:

— Анна! – Чьи-то мощные руки тянут меня за плечи, пока я с силой давлю Дэвиду на грудь. – Анна, что вы делаете? Хватит, Анна. Остановитесь! Он умер. Анна, он умер.

Вечная память

Памяти

Адама Винсента Фолкерка,

доблестно сражавшегося со смертью до самого конца.

Ты живешь в наших сердцах.

Покойся с миром.

Просто удивительно, как в такой маленькой, случайно подобравшейся компании встретились настолько израненные, измученные душевной болью люди. Ты заметила это, Анна, или же ты слишком зациклена на себе? Думаю, что в гостинице «Бэй Вью» каждый желал бы уснуть. Взять, к примеру, беднягу Дэвида. Неужели тебе так и не пришло в голову спросить его, почему он вообще решил заняться этим бизнесом? Так вот, на Рам его привела скорбь. Когда его возлюбленная умерла, Дэвид почувствовал себя брошенным на произвол судьбы, одиноким кораблем, потерявшим путеводную звезду. Знаешь, как вынудить человека открыться тебе, Анна? Задавай ему вопросы, а затем слушай и жди. Большинство людей выложит тебе все, стоит только дать им время. А уж времени у нас теперь целый вагон. И зачем нам настольные игры, если можно просто поговорить? Анна, Дэвид в моем лице нашел слушателя. Чудесный был человек. Мир его праху.

Дэвид умер.

Я сажусь и говорю это вслух, обращаясь к пустоте своей комнаты, после того как пролежала какое-то время в кровати.

— Дэвид умер.

Мой собственный голос звенит в голове.

Тишина.

Внутри меня тишина. Ни крика. Ни боли. Чувствую себя ребенком в детском спектакле, который равнодушно произносит реплику перед воображаемой публикой.

— Дэвид умер.

Ребенок переходит к левой стороне сцены.

Там, в столовой, Джо поднял меня с пола и повел к лестнице, задавая один и тот же вопрос: все ли со мной хорошо? В ожидании ответа он пристально вглядывался в мое лицо светло-карими глазами. Я отвечала, что все нормально, что вполне могу идти и без его помощи. Когда мы поднялись на второй этаж, я отстранилась от него и, нервно потирая себя руками, сказала, чтобы он возвращался вниз, к другим постояльцам. Сказала, что справлюсь. Мне просто хотелось остаться одной.