Книга Акулий король, страница 17 – Саша Хеллмейстер

— Что ж, друг мой, это неплохо. Теперь тебе осталось устроить мне с ней confronto^[8].

— Думаете, в этих делах нужен третий, дон? – улыбнулся Россо.

Дон Мальяно оценил шутку и затянулся, пряча ответную улыбку в тонких складках в уголках губ.

— Мне нет. Возьми на себя этих навязчивых ребят, – поморщился он. – Не нужно, чтобы мне докучали в ближайшее время, но сделай это не грубо. Я не хочу обидеть мистера Херша. В конце концов, он мой хороший старый друг, а с друзьями так не поступают.

* * *

Шарлиз не очень обрадовалась, когда декан Коэн попросила ее взять у профессора Доэрти фотоаппарат и сделать во время экскурсии несколько снимков почетных гостей в качестве отчета в здешнюю газету. Студенты выпускали свою раз в месяц: подшивки хранились в библиотеке. Мистер Мальяно, не пустивший профессиональных репортеров с камерами, благосклонно разрешил снять себя в выпуск, сказав, что в увлечении молодых людей журналистикой не видит ничего дурного.

Миссис Доэрти сходила с Шарлиз в свой кабинет, нашла нужный ключ от шкафа и торжественно выдала «Кэнон» в руки, заявив, чтобы Шарлиз обращалась с ним как можно аккуратнее – и заодно причесалась: декан Коэн будет не в восторге, если она выйдет такой потной и неряшливой и будет ходить два часа хвостом за гостями. В уборной усталая Шарлиз поплескала себе в лицо холодной водой: она плохо переносила жару, ее мучили мигрени. Затем убрала в пучок волосы и поморщилась: он сильно тянул на затылке и усиливал головную боль. Поправив воротник и пожалев, что при себе нет таблетки аспирина, Шарлиз торопливо пошла вслед за миссис Доэрти: от занятий ее освободили, остальные были на них показательно – чтоб в любой момент экскурсанты посмотрели на учебный процесс и остались в восторге.

Сожалея, что придется много ходить по жаре, Шарлиз надела ремень фотоаппарата на шею и незаметно подошла к декану Коэн, беседовавшей с гостями. Она что-то рассказывала кудрявому мужчине с серьезным лицом и насмешливыми глазами. То, что смешинка сидела глубоко у зрачков, будто он только притворялся, что слушает декана, а сам про себя думал о чем-то ином, Шарлиз заметила сразу и со слабой улыбкой отвела взгляд. Она сделала вид, что изучает, как включать фотоаппарат. В стороне стоял мистер Мальяно: он прикурил, но почти сразу быстро потушил окурок и, спросив, где урна – и не найдя её, – попросил своего человека снести его в пепельницу к себе в «Мерседес».

— Не думаю, что в траве у вас положено сорить окурками, – заметил он декану Коэн и лучисто улыбнулся, но улыбка была не теплее гранита на ступеньках в пансионе. – Пойдемте уже? Не терпится на все здесь взглянуть.

Сначала ему решили показать большой корпус, где только что закончили ремонт. Мистер Херш устроил все по своему желанию: он нанял отличных дизайнеров и строителей, которые долго трудились над коридорами, лекториями, кабинетами практических занятий и комнатами для студентов, притом стараясь не только обновить здание, но и сохранить старинный дух пансиона.

— Паркет оставили прежним, – говорила мадам Коэн, – но восстановить его уникальный рисунок стоило огромных денег. Мистер Херш не жалел денег, поймите, запечатлеть историчность этого места ему было важнее, чем положить новый бездушный материал…