Книга Разрешаю умереть, страница 38 – Питер Джеймс

Полицейские подождали.

Через несколько секунд Грейс позвонил снова. За матированным стеклом появилась тень, и дверь приоткрылась на несколько дюймов.

— Сюда, Реджи! Иди сюда! – велел мужской голос.

Дверь отворилась шире, являя гостям небритого, усталого мужчину за тридцать, с мускулистыми руками, в джинсовых шортах, футболке и шлепанцах. Он сутулился, прижимая к груди серого бурманского кота. На одном запястье у него Грейс заметил часы «Эппл-вотч», а на другом – фитнес-браслет «Фитбит».

— Простите, но его нельзя выпускать на улицу, – сказал мужчина, поднимая глаза. – Предыдущего кота сбила машина, и я оказался виноват.

— Мистер Найл Патерностер? – уточнил Грейс.

— Да.

Грейс показал ему удостоверение, представился и назвал имя своего коллеги. Найл ответил ему улыбкой.

— Детектив-суперинтендант? Отдел особо тяжких преступлений? То есть дело не спихнули кому-то из младших сотрудников? – Тут он умолк, будто его осенило, и сошел с лица. – О господи… Ее нашли? Неужели она…

— Можно войти, сэр? – вежливо спросил Грейс, игнорируя его комментарий.

Они проследовали в тесный коридор. Найл закрыл дверь, и Грейс огляделся. Интерьер был современный, свежий, минималистичный, но в доме стоял легкий запах жареной еды и сигаретного дыма.

«Неуместно», – подумал Рой.

К такому декору лучше подошли бы цветочные ароматы из дорогих распылителей.

— Вы нашли мою жену? – снова спросил Найл, заметно нервничая.

— К сожалению, нет, сэр, – ответил Грейс. – Просто хотим побеседовать.

— Это пожалуйста! – развел руками Найл. – И спасибо, что приехали. Хотите чего-нибудь? Чай, кофе?

— Спасибо, но нет, – твердо отказался Грейс.

Следом за Найлом они прошли в современного вида гостиную, где хозяин указал на белый диван, а сам сел напротив. Грейс увидел на журнальном столике пепельницу, полную окурков.

— Мистер Патерностер, не могли бы вы по порядку изложить обстоятельства исчезновения вашей жены? Начиная с того момента, когда видели ее в последний раз, – попросил Грейс.

— Опять? Неужто вы не держите связь друг с другом? Ведь я уже разговаривал с патрульными!

Грейс не стал объяснять, что опрос принято проводить не раз и не два – ведь если человек лжет, он зачастую начинает путаться в показаниях, – и сказал примирительным тоном:

— Простите, сэр, но нам очень важно в точности отследить ход событий.

Патерностер вздохнул, а затем – будто поняв, что ведет себя по меньшей мере странно, – полностью изменился. Теперь он горел желанием помочь следствию.

— Мы с Иден расстались вчера, ближе к вечеру. Провели день в приятном путешествии и возвращались домой. Мы являемся членами Национального фонда и любим посещать принадлежащие ему особняки. Проводим так почти каждое воскресенье. Вчера мы ездили в Пэрэм-хаус.

— Между вами все было в порядке? – вмешался Брэнсон.

— Ну, – ответил Найл после секундного колебания, – мы слегка повздорили. Из-за наполнителя для кошачьего лотка. Глупость, конечно.

Он пересказал события до того момента, как Иден выскочила из машины на парковке магазина, где собиралась купить мешок наполнителя.

— Там вы и видели ее в последний раз? – спросил Грейс.

— Совершенно верно.

Его рассказ взял Роя за душу. Ему снова вспомнился кошмар, начавшийся двенадцать лет назад, в его тридцатый день рождения.