Книга Разрешаю умереть, страница 153 – Питер Джеймс

— Вот от чего я не отказалась бы.

— Какого цвета?

— Да любого, – усмехнулась она.

6 сентября, пятница

Поднявшись на крыльцо, Рой Грейс нажал на кнопку звонка – современного, марки «Нест», со встроенной видеокамерой. Даже его еле слышная трель прозвучала едва ли не дороже денег. Грейс не удивился бы, увидев за дверью дворецкого.

Пронзительно залаяла собака.

— Кико! Кико! – позвал мужской голос.

Через несколько секунд дверь приоткрылась, сперва чуть-чуть, затем шире. За ней обнаружился стройный мужчина лет сорока пяти, с лошадиной физиономией и ниспадавшими на лоб растрепанными редкими волосами; в футболке, спортивных шортах и кроссовках. К потной груди он прижимал собачонку размером чуть больше крысы. Такую кроху Грейс видел впервые в жизни. Несмотря на недавние физнагрузки, от мужчины разило одеколоном, и в его взгляде не читалось ни намека на дружелюбие.

— Да? – неприязненно произнес он.

Грейс и Полли показали ему удостоверения.

— Детектив-суперинтендант Грейс и следователь Суини из отдела особо тяжких преступлений полиции Суррея и Суссекса. Мистер Нед Уоткинс?

— Да, это я.

— Нам хотелось бы поговорить с вашей женой Ребеккой. Она дома? – спросил Грейс.

Собака пристально смотрела на них глазами, похожими на мокрую гальку.

— Поговорить? По какому поводу? – осведомился Уоткинс.

— Ваша жена дома? – учтиво повторил Грейс.

— Да, – ответил после паузы Уоткинс.

— Нам хотелось бы с ней поговорить, – настаивал Грейс.

— А не хотелось бы объяснить, по какому поводу? – не унимался Уоткинс.

— Это касается ее коллеги, сэр.

— Той, что пропала?

— Совершенно верно, сэр.

Нед Уоткинс открыл дверь пошире и отступил в сторону, приглашая их войти, но не выпуская собаку из рук.

— Бекки! – крикнул он.

Грубовато и без особой любви в голосе, отметил Грейс.

— Чего? – донесся из глубин дома голос, в равной степени лишенный приязни.

— Это полиция Суссекса! С тобой хотят поговорить!

Уоткинс закрыл дверь и поставил собаку на пол. Та смерила Грейса и Полли свирепым взглядом, тявкнула раз-другой и удрала в комнату.

— Ясно! – крикнула женщина. – Я на телефоне, сейчас подойду!

— Я только что с пробежки, – посмотрел на гостей Нед Уоткинс. – Пойду в душ, а вы пока ожидайте.

— Спасибо, сэр. Простите, что потревожили.

Не ответив, Уоткинс направился к резной винтовой лестнице в дальнем конце коридора и скрылся на втором этаже.

Прихожая была оформлена скупо, в современном стиле, с претензией на тонкий вкус. Натертый дубовый паркет, узкий и длинный черно-белый ковер, абстрактные картины на серых стенах и кушетка, походившая на гигантского лобстера с будто выеденной спинкой.

«Странная», – подумал Грейс.

Возвращаясь домой, он не хотел бы видеть в прихожей подобную мебель.

В том же дверном проеме, куда умчалась собачка, появилась женщина. Босоногая, с филированными выбеленными волосами, в стильном спортивном костюме.

«Ошибки быть не может», – подумал Грейс, покосившись на Полли.

Он сразу узнал женщину с фотографий, присланных Марком Тейлором. Привлекательная, стройная, лет тридцати пяти, она походила скорее на модель или актрису, нежели на человека, работающего на приземленной айти-должности в страховой конторе.

Женщина приблизилась. Собачка следовала за ней.

— Добрый вечер, – произнесла Ребекка Уоткинс любезно, но без улыбки и с едва заметным акцентом.