Книга Им придется умереть, страница 95 – Питер Джеймс

Она ничего не ответила.

— Конечно хочешь, она твоя единственная кровиночка, – сказал он после паузы. – Какой будет жизнь без нее? Если она умрет, как муж и сын? Подумай об этом, Мэг. Представь, каково это – поехать в аэропорт и подписать акт о получении останков маленькой Лоры. Давай подумай хорошенько. Какое дерево выберешь для гроба? А обивку? А ручки латунные подберешь?

— Прекрати, – выпалила она, задыхаясь, – пожалуйста, не надо.

— Мэг, ты знаешь, что нужно делать. Мы прекрасно понимаем, что некоторые из твоих коллег-присяжных могут причинить неудобства, но не беспокойся, мы сделаем все, что в наших силах, чтобы решить этот вопрос.

Связь прервалась.

13 мая, понедельник

В семь часов вечера в офисе Хокстона программист Рио Самбрано, бывший инспектор столичной полиции Пол Константиниди и адвокат Гриди Ник Фокс сидели за столом для совещаний, а на большом компьютерном мониторе на стене перед ними красовалось изображение Хьюго Пинка.

— Ладно, ребята, одно дело сделано, – сказал Фокс, – этот джентльмен с превеликим удовольствием принял наше предложение помочь ему выбраться из финансовой ямы. То, что он сказал сегодня в комнате присяжных, сработало. Итак, теперь нужно сосредоточиться на возможных проблемах, связанных с другими присяжными и свидетелями. Предлагаю начать с присяжных.

Он кликнул мышкой, и изображение сменилось: перед ними предстала фотография седовласого мужчины лет шестидесяти.

— Майк Робертс, – объявил Фокс, – детектив-суперинтендант полиции Хэмпшира в отставке. Мы знаем лишь то, что он был вынужден досрочно уйти на пенсию. Вполне возможно, он был этому не рад, но нужно больше информации – я работаю над этим.

Он снова кликнул мышкой. На мониторе появилась фотография стройного мужчины в очках без оправы, со светлыми волосами и модной прической. Через несколько мгновений на экране замелькали другие его изображения, а затем возникла короткая статья из «Википедии».

«Тоби Девинтер, 31 год, актер. Женат на Майкле Дэвенпорте».

— Что о нем известно, Ник? – спросил Пол Константиниди.

— Гей, левый, активист «ЛГБТ плюс», ярый участник общественной организации «Брайтон прайд». Интеллектуал. Не могу сказать, какое решение он примет, но может занять сторону меньшинства.

— Посмотрим, смогу ли я что-нибудь на него нарыть, – кивнул Константиниди.

Оба мужчины ухмыльнулись. Рио Самбрано, уловив суть, тоже улыбнулся.

Следующим появилось напряженное лицо Мэйзи Уоллер, на ней был серебряный крестик на цепочке.

— Не замужем, – сказал Константиниди. – Прихожанка англиканской церкви. Живет с престарелой матерью, страдающей слабоумием. Добрая христианка, так что, наверное, милосердна. Получить от нее «невиновен» будет несложно.

Они пошли дальше по списку присяжных.

По мнению всех троих, сложность могла возникнуть с дебелого вида женщиной по имени Гвендолин Смитсон, которая, судя по записи с жучка, вживленного в телефон Мэг Магеллан, с самого начала вступительного заявления прокурора решила, что Гриди виновен.

Ник Фокс предупредил их обоих, что следует избежать ситуации, при которой присяжные не сумеют прийти к единому мнению. Им необходим был однозначный, четкий оправдательный вердикт по каждому пункту обвинения. Иначе им грозил пересмотр дела. А это означало, что все зависит от умения Мэг Магеллан убеждать, а также от того, сумеют ли они повлиять на присяжных, придерживающихся своего мнения.