Книга Умереть красиво, страница 49 – Питер Джеймс

— Формальдегид, – подтвердил Грейс и снова уставился на секционный стол.

— Вот почему я не обнаружил его во время внешнего осмотра прямой кишки – насекомое поместили слишком глубоко.

Грейс покосился на основание трубки – сфинктер молодой женщины.

— Как думаете, Фрейзер, его засунули туда до или после смерти?

— Не могу сказать.

— Но зачем? – озвучил суперинтендант волнующий всех вопрос.

— Это вам и предстоит выяснить, – ответил Теобальд.

Брэнсон стоял у противоположной стены, привалившись к столешнице с размещенной рядом раковиной.

— Помните «Молчание ягнят»?

Грейс помнил отчетливо. Он читал книгу – одну из немногих, напугавших его до чертиков, – и смотрел фильм.

— Всем жертвам в рот клали куколку мотылька, – заметил Гленн. – Мотылек «мертвая голова».

— Да, – кивнул Грейс. – Мотылек был фирменным знаком убийцы.

— Может, это фирменный знак нашего убийцы?

Грейс глянул на жука в руках Теобальда. На долю секунды ему почудилось, что тварь еще жива и шевелит лапками.

— Кто-нибудь знает, что это за жук?

— Рогач? – предположила Клио Мори.

— Судя по рогу, нет, – вклинился Даррен, помощник прозектора. – У нас на курсе преподавали энтомологию. Если не ошибаюсь, такие на территории Великобритании не водятся. Сомневаюсь, что он из здешних мест.

— Думаешь, его привезли из-за границы? – нахмурился Грейс. – Специально протащили через таможню, чтобы засунуть в задний проход убитой? Но зачем?

В прозекторской воцарилось долгое молчание.

Наконец патологоанатом убрал жука в пластиковый пакетик и снабдил ярлычком.

— Необходимо разузнать о нем как можно больше.

Грейс сосредоточенно размышлял. По долгу службы он изучил горы литературы, посвященной особенностям личности убийц. По большей части убийства были бытовыми и совершались кем-то из знакомых жертвы. Убивали преимущественно спонтанно, под влиянием порыва. Однако мизерный процент убийц составляли маньяки, творившие расправу ради удовольствия. Зачастую они стремились доказать полиции свое превосходство и доходили до того, что играли с правоохранителями в изощренные игры.

Такие убийцы даже оставляли на месте преступления метку, свой фирменный знак: вот тебе подсказка; поймай меня, если сможешь, тупой легавый.

— Информация о жуке не должна просочиться в прессу, – предупредил Грейс. – Всем держать рот на замке, уяснили?

Все закивали, хорошо понимая его логику. Метка, мягко говоря, своеобразная. Если кто-нибудь позвонит и в деталях опишет насекомое, его можно брать тепленьким, что позволит полиции сэкономить кучу времени, отслеживая ложные кандидатуры.

Грейс велел Брэнсону связаться с кем-нибудь из следственного отдела: пусть пробьют аналогичные случаи по национальной базе. А потом задал патологоанатому заведомо глупый вопрос, однако не задать его он не мог:

— Жука поместили в задний проход уже мертвым?

— Сомневаюсь, чтобы у кого-то в прямой кишке хранился запас формальдегида, – с едва уловимым сарказмом ответил Теобальд и указал на склянку с мутной жидкостью. – По крайней мере, в слизистой оболочке кишечника ничего подобного не обнаружилось.

Кивнув, Грейс быстро прикинул: если он уйдет сразу после пресс-конференции, то успеет показать жука единственному человеку, способному его идентифицировать.

— В Вайкинге ветер северо-западный, сменится юго-восточным силой пять-шесть баллов. Осадки. Видимость хорошая. В Северном и Южном Утсире ветер северо-западный, сначала четыре-пять баллов по шкале Бофорта в Южном Утсире, в дальнейшем – три-четыре балла, – бормотал Синоптик.