Книга Умереть красиво, страница 194 – Питер Джеймс

* * *

В половине пятого Рой Грейс наконец отъехал от объятого пламенем склада, тушить который предстояло еще долго, и покатил прямиком в Королевскую больницу графства Суссекс.

Гленн Брэнсон лежал в реанимации. Его хорошенькая жена Ари уже была там. Она никогда не питала особой симпатии к Грейсу, по чьей вине муж так редко появлялся дома, и сегодня ее отношение к суперинтенданту явно не потеплело. Гленну повезло: единственная пуля прошла через брюшную полость навылет, лишь чудом не задев позвоночник. Неприятно, но не смертельно. Весь больничный Брэнсон наверняка будет смотреть фильмы, где герои выживают после ранения.

В палате интенсивной терапии Грейс встретился с родителями Эммы-Джейн. Ее мать, привлекательная женщина за сорок, одарила его стоической улыбкой, а притихший отец сжимал желтый теннисный мячик так, словно от этого зависела жизнь дочери. Эмме-Джейн вроде бы получше – вот и все, что могли сказать родители.

Больницу Грейс покидал в унынии. Спрашивается, что он за начальник, если подверг двоих сотрудников смертельной опасности? Он заехал в столовую, где заказал плотный английский завтрак и чашку черного кофе.

Грейс подкрепился и почувствовал себя гораздо лучше; сгорбившись за пластиковым столом, он сделал ряд телефонных звонков. Едва он собрался уходить, ожил мобильный. Звонил Ник Николл, так и не успевший доложить о встрече с детективом столичной полиции по поводу девушки с подвеской-скарабеем, чье тело обнаружили в Уимблдоне. След оказался ложный. Совпадение. Парень убитой во всем сознался. Белла Мой, разославшая запросы по всей стране, не выявила ни одного убийства, где фигурировал бы жук-скарабей.

«Наверное, повезло, мы успели вовремя их схватить, – подумал Грейс. – Вот только не успели спасти бедняжку Джейни Стреттон».

Он велел молодому констеблю ехать домой, обнять жену, которая должна была родить со дня на день, и сказать, как сильно он ее любит. Удивленный Николл рассыпался в благодарностях. Такое настроение было сейчас у Грейса. Жизнь – бесценный, но такой хрупкий дар. Неизвестно, что подстерегает тебя за углом. Нужно ценить и дорожить тем, что имеешь.

Он уже садился в машину, когда позвонила Клио, бодрая и радостная.

— Привет. Извини, что пропала. Говорить можешь?

— Свободен как ветер, – заверил Грейс.

— У меня выдался кошмарный день. Четыре жмурика – сам понимаешь, выходные!

— Понимаю.

— Мотоциклист разбился в аварии; мужчина, пятьдесят один год, упал с лестницы, ну и бонусом две старушки. Это если не считать мужской головы, от которой толком ничего не осталось, но о ней ты, по-моему, знаешь.

— Слышал немного.

— В обед пришлось ехать в центр Брайтона покупать подарок старикам.

— Каким еще старикам?

— Родителям!

— Ясно.

— А машина застряла на парковке на Бартоломео-сквер. Всю площадь оцепили, якобы из-за бомбы. Представляешь?

— Да ну?

— А когда оцепление сняли, весь гребаный город встал в пробках!

— Да, мне говорили.

— А как твой день?

— Так, ничего особенного.

— Никаких приятных неожиданностей?

— Не-а.

Между ними воцарилось странное, уютное молчание.

— Я так хотела тебе позвонить, – произнесла наконец Клио, – но решила подождать удобного момента, когда мы оба будем свободны и сможем нормально поговорить, а не так, впопыхах: «Привет! Классно покувыркались вчера! Пока!»