Книга Тайна последней ночи, страница 26 – Тошика Масаки

«Все потому, что я не взяла себя в руки. Потому что была плохой матерью. Потому что на самом деле не любила своего ребенка. До сих пор я искренне верила, что хорошая мать. Но я не была такой». В момент осознания Идзуми показалось, что она снова потеряла Тайки.

Мидзуно Сара уже положила на тарелку тирамису и чизкейк, когда вдруг замерла. Взгляд зацепился за шоколадный торт на витрине буфета – и в тот же миг в голове ясно прозвучал голос: «А мой шоколадный торт будет?» Голос Тайки был таким отчетливым, будто брат стоял рядом.

Тот вечер стал их последним ужином вчетвером. Они отмечали поступление Сары и Тайки: на столе были роллы, лазанья, сладости из кондитерской «Клевер». После ужина брат доел свою порцию шоколадного торта и, сказав, что пойдет заниматься, поднялся в свою комнату на втором этаже. Его беззаботная улыбка и слова – «Было очень вкусно» – до сих пор не отпускали Сару.

— Чего ты так мучаешься? – плечом толкнула ее Отомэ Кандзаки. – Тут неограниченное пополнение, чего ты так долго выбираешь?

Сара вздрогнула, возвращаясь в реальность.

— Можно назвать это покороче. Буфет, например. Ну или хотя бы «шведский стол».

Она нарочно говорила легко и шутливо, лишь бы не дать Отомэ заметить, как воспоминания о брате тяготят ее душу. В последнее время они часто проводили выходные вместе.

— У меня язык короткий, не поворачивается так, – хихикнула подруга.

— А ты попробуй.

— Биффет, – выдала девушка, и они рассмеялись.

И тут же в груди Сары расползлось черное пятно вины. «Спокойно ходишь в университет, встречаешься с друзьями, смеешься». Голос матери звучал обвиняюще. «Забудь о Тайки, живи себе в удовольствие».

«Хорошо. Так и буду, – мысленно ответила ей Сара. – Буду гулять с друзьями. Буду смеяться. Буду жить в удовольствие».

Но эти слова были неискренними. Черное пятно в груди медленно, неумолимо расширялось.

И все же когда-нибудь она сможет смеяться по-настоящему. Без чувства вины. Сможет радоваться и быть счастливой. Она не такая, как мать.

Эта мысль вызывала отвращение к самой себе. Но рядом с матерью было еще хуже. С ней Сара начинала чувствовать, будто на самом деле совсем не скорбит по Тайки. Вина разъедала изнутри, сердце болело так, что становилось невыносимо. Поэтому она больше не могла быть с матерью рядом.

Сара понимала, что это лишь оправдание. На самом деле рядом с ней девушке казалось, будто у нее отнимают право быть счастливой.

Вчера она ушла из дома. Пока поживет у бабушки.

В итоге шоколадный торт Сара так и не взяла и вернулась за стол.

Холл нового отеля был переполнен гостями, пришедшими на десертный буфет. Большинство гостей были счастливо улыбающимися женщинами. И Саре казалось странным, что она среди них. Стоило лишь отойти от матери, и она словно попадала в спокойный мир за пределами привычного радиуса боли.

— Всего пару десертов взяла? – удивилась Отомэ.

У нее в руках было две тарелки: на одной – горка пирожных, на другой – паста и сэндвичи, уложенные без единого зазора.

— Я растерялась… вот и взяла только два, – соврала Сара на ходу. На самом деле желание есть исчезло, стоило увидеть шоколадный торт.

— А я, если сомневаюсь, беру все подряд, – рассмеялась подруга.

— Завидую, ты умеешь много есть и не толстеть.

— Единственное, что мне от родителей досталось, – пожала плечами Отомэ и вдруг, будто что-то вспомнив, наклонилась ближе: – Слушай, а ты знаешь парня по фамилии Ояма? Он в испанской группе.