Книга Прайм-тайм, страница 81 – Максим Шаттам

Шарлен за несколько секунд перебрала все возможные варианты и, не обнаружив подвоха, ответила:

— Да.

Молчание. Тревога раздувалась, как воздушный шар, заполняющий все пространство, грозя раздавить всех присутствующих о стены.

— Тогда я сделаю это для тебя.

Шарлен почувствовала, как воздух разом вышел из легких.

— Спасибо.

— Но я отпущу ее только при одном условии.

Шарлен снова напряглась.

— Если ты, и только ты, придешь за ней.

Янис схватил руку Шарлен, категорически и бескомпромиссно показывая: «Нет».

Шарлен облизнула губы. Во рту пересохло.

Она взялась за микрофон наушника и сказала:

— Согласна. Иду.

Едва она поднялась, как у нее на пути вырос Янис:

— Никогда не меняют одного заложника на другого. Никогда.

— Это не обмен. Я заберу Паолу и вернусь.

— А если он закроет дверь и оставит вас в дополнение к остальным?

— Он этого не сделает.

— Откуда вам это известно? Шарли, то, что вы с ним поговорили, что сумели до него достучаться, еще не значит, что вы его знаете. Правда в том, что для нас его профиль – полная тайна. Честный он или манипулятор, мы даже не знаем его истинной мотивации! А если дело не в деньгах? Если все это лишь предлог для чего-то другого? Если это замаскированные политические террористы, готовые в нужный момент нанести куда более сильный удар?

— Нет, его речь слишком бессвязна для активиста. Дело в деньгах.

— А если вы ошибаетесь?

— Тогда зачем выдвигать меня вперед, советовать мне, подбадривать, если в решающий момент вы не слушаете то, что чувствую я? Выходит, наши с вами отношения были пустой болтовней с самого начала? Я просто инструмент, чтобы выиграть время, отточить вашу стратегию, чтобы вы могли начать штурм без спешки? Так?

— Нет, Шарли, наш девиз «Во имя жизни!» включает жизнь Кратоса, если понадобится. Я говорю искренне.

— Вы хвалили мою интуицию, ей я и следую.

Янис покачал головой:

— Знаете, почему в переговорной группе мы всегда работаем в паре? Чтобы один был в стороне, всегда оставался хладнокровным и мог похлопать по плечу того, кто слишком увяз в отношениях, чтобы предупредить другого, когда тот заходит слишком далеко, теряет связь с реальностью. Нам нужна эмпатия, а не симпатия.

— Однако вы пришли один.

— Потому что пара – это мы, Шарли. Вы и я. Говорю вам: ни один боец спецназа не пошел бы на такой обмен. Прецеденты часто заканчиваются плохо.

Шарлен понимала его, но у нее был уникальный шанс получить осязаемый результат, когда Паола на прицеле.

— Это не обмен, – повторила она.

— Есть риск.

— Янис, вы говорите, что мы должны быть единым целым. Так вот сейчас я вас прошу: доверьтесь мне.

Он изучал ее своими черными проницательными глазами.

— Именно сейчас наша пара либо станет крепче, либо распадется, – подчеркнула она.

Янис прикусил губу и подавил раздраженный вздох. Затем медленно кивнул:

— Обещаете следовать нашим инструкциям?

Лицо Шарлен озарилось выражением победным и благодарным.

Штурмовая колонна первой группы заняла позицию у входа в короткий коридор. В конце дверь вела в студию. К Кратосу.

Проходить мимо военных в экипировке, с направленными на цель штурмовыми винтовками, с гранатами на бронежилетах, массивным щитом во главе колонны – от этого по коже бежали мурашки, вызывая дрожь.

Инструкция была ясной: она должна идти слева, оставляя правую сторону для спецназа. Их сектор обстрела справа. Справа – смерть.