Книга Имперский вор. Том 3, страница 9 – Дмитрий Ра

В лаборатории я оставляю две тряпки с божественной кровью – кстати, более чем достойная плата за еду, помывку и одолженные шмотки.

— Присмотри, чтоб никто это не трогал, – говорю домовому, который так и шляется за мной по пятам. – Даже хозяин, если начнёт орать, что это тут такое появилось. Сначала я сам ему объясню.

— Кто? – высокомерно переспрашивает домовой.

— Подопечный твой! – поправляюсь я. Потому что эта нечисть считает своего хозяина именно подопечным и всячески его обихаживает. Если подружится.

— Присмотрю, – обещает домовой. – Ещё чего надо?

Киваю:

— Надо. Штаны с футболкой. Верну.

Правда, в полиции придётся объяснять, где я взял шмотки. Но не ходить же по столице грязным и оборванным.

Уже помывшись и одевшись, я делаю себе ещё кофе и тут слышу голоса за входной дверью. А потом в замке начинает ворочаться ключ.

Твою ж мать.

Вряд ли это Токсин. Он в лагере, и выходных там не дают.

Бесшумно перебегаю в комнату и накидываю на себя иллюзию невидимости.

— Не говори, что я тут, – успеваю шепнуть домовому.

Он тоже исчезает.

А в квартиру входят двое.

Женщина и мужик.

Я прислоняюсь к стенке между шкафом и диваном и замираю.

Это Таш, двоюродная сестра Токсина.

И да, у неё могут быть ключи от квартиры двоюродного брата.

Но мужчине, который вслед за ней заходит в комнату, здесь точно делать нечего. Я узнаю его мгновенно. Это…

…Константин Шаховский.

Тот самый Шах, который пытался меня похитить по дороге в военный лагерь. Наёмник князя Назарова.

Тот самый Шах, который вместе с Матвеем Соболевым сидел в бункере Колдуна.

Ну дела…

⁂

Таш – сокращение имени. Наталья Бородина, моя любовница. Владелица знаменитого аукционного дома «Лотос». Знаменитого настолько, что власти закрывают глаза на то, что там незаконно приторговывают артефактами и ингредиентами.

— Ты можешь пересидеть здесь, – отрывисто говорит Таш, останавливаясь посреди комнаты. – До конца августа, пока Димка не вернётся из лагеря.

Она опять выглядит как обычная девушка, причём вовсе не интересная: балахонистая футболка, коса, ни следа макияжа. Ни следа той шикарной дамы, которая блистала на аукционе.

— Если он приедет раньше? – мрачно спрашивает Шах, оглядываясь.

— Вряд ли. И я буду знать, предупрежу.

— Хорошо.

Шах выглядит так, будто пару недель голодал. Ввалившиеся щёки, круги под глазами.

Он был в бункере. В незаконной лаборатории, где одарённых накачивают какими-то зельями – изменяя организм, чтобы человек мог ходить в разломы. Видимо, сумел сбежать, пока ту лабораторию быстренько сворачивали.

Вспоминаю слова лешего:

«Кто подыхает там, в разломе, а кто ингредиенты на продажу хозяину выносит… Но изменённые – они не по своей воле глотают дрянь и лишаются ума. Они для других умников зарабатывают».

Внимательно разглядываю Шаха.

Нет, он точно в своём уме. Глаза злые, вполне разумные. Вон как осматривается. Видимо, его, как и Матвея, накачать дрянью не успели.

— И помни, мать твою, кто ты теперь такой, – говорит Таш. – Рисковать не смей, тебе нельзя. Из квартиры не выходи. Еду доставкой заказывай.

Я напрягаюсь. А кто он теперь такой, интересно?

— Хорошо, – сквозь зубы отвечает Шах. – Я понимаю.

— Хрена лысого ты понимаешь! – огрызается Таш. – К Назарову побежишь – конец тебе! Не там, так здесь. Ты теперь повязан, Костик. И нашими, и вашими.