Книга Фарфор Ее Величества, страница 85 – Максим Далин

— Надлежало бы отдать его вещицу вдове или сыну, — сказал я.

— Это же грошовая ерунда, — отмахнулся Вэгс, но его улыбка стала ещё и виноватой.

— Да, — сказал я. — Но Тэшлин проклял вора.

И с некоторым даже удовольствием пронаблюдал, как Вэгс изменился в лице.

Рэдерик наблюдал молча, его милое личико было совершенно бесстрастным, но мне почему-то показалось, что его тоже порадовало.

— Да ничего, ваша светлость, — сказал добрый Барн. — Мы проклятие уже с дымом выпустили.

Вэгс с надеждой посмотрел на меня.

— Это так, — сказал я. — Но вся эта история должна послужить вам уроком: не стоит брать чужие вещи, не стоит пользоваться чужими вещами, сейчас — в особенности. На них может оказаться смертельная порча. Донесите эту простую идею до всех ваших домочадцев — и недурно бы побеседовать и с окружением мессира маршала. Лучше не брать трофеев на этой войне.

— Вы совершенно правы, мессир Клай! — с настоящим энтузиазмом согласился Вэгс. Ему сильно полегчало. — Я непременно поговорю со всеми. Это очень верно и точно!

— Хорошо, — сказал я. — Надеюсь, вы не забудете. Доброй ночи. Честь имею.

Прощаясь, Вэгс протянул мне руку. И пожал мою — бронзу и каучук, вместе с костями, без офицерской перчатки, храбро. Где бы это записать? Может, в блокноте Тэшлина?

Мы вышли из спальни Вэгса. В гостиной нас ждали тот самый пожилой лакей, невестка Вэгса и суровая седовласая дама — наверное, жена. Уставились на меня в точности как смотрят на медика, который только что закончил сложную операцию.

— Всё в порядке, — сказал я. — К утру от болезни мессира Вэгса и следа не останется, — и обратился к невестке: — простите, не знаю вашего имени, леди…

— Киора, — назвалась она и даже чуть присела.

— Леди Киора, — сказал я, — у мессира на столике лежит блокнот с обложкой, надрезанной крест-накрест. Этот блокнот вам надлежит завтра отдать леди Люнгере из дома Незабудок и извиниться за то, что вещь была испорчена по вине мессира Вэгса. Необходимо это сделать, чтобы избежать возвращения порчи.

— Конечно! — воскликнула Киора. — Я непременно это сделаю.

Жена Вэгса успела меня рассмотреть — и решила не лезть с благодарностями. Я оценил, потому простился коротко и сухо.

Уже наступили сумерки. Я не сомневался, что именно сейчас мне хорошо бы сидеть неподалёку от большого зеркала и ждать, когда оттуда ко мне обратятся. А вместо этого я…

Лютой какой-то ерундой я занимаюсь, вот что.

Уже Бог весть что вообразил. Покушение. А на поверку…

— Мессир Клай, а вы так умеете? — спросил Рэдерик.

Особо ласково, тем тоном, каким дети просят купить им сахарную рыбку или печенек-ракушек.

— Что именно, мессир? — спросил я. — Уточните.

— Ну… вот так, как мессир Тэшлин, проклинать воров? Так здорово! — он впрямь был в полном восторге. — Совсем не обязательно их убивать, — пояснил Рэдерик, встретив мой взгляд. — Но вот так, как с мессиром Вэгсом, просто замечательно получается. Я бы и сам хотел научиться.

— Нет, — сказал я. — Я так не умею.

И тут меня осенила ужасная идея.

— Индар, — спросил я, — а Тэшлин накладывал это проклятие на все свои вещи? Представляешь, если особняк дома Незабудок разграбили… ой… слушай, а ведь, наверное, так резвился не только Тэшлин? Ты представляешь, что сейчас творится в городе…

— А что, собственно, там творится? — усмехнулся Индар. — Наверное, не все вещи… нет смысла… вряд ли он воображал тот кошмар, в который всё грякнется. Я думаю, он имел в виду лишь те вещи, которые выносил из дома. Слуги у них, насколько я понимаю, были нормальные, проверенные. Боюсь, что скорее погибли вместе с господами, чем присоединились к грабителям. А грабителям сейчас несладко. Но почему тебя это тревожит?