Книга Фарфор Ее Величества, страница 138 – Максим Далин

— И вы хотите бастарда? — брезгливо спросил святоземелец.

— Я хочу мальчишку! — Нагберт даже не пытался скрыть раздражение. — Девятилетнего щенка. Ребёнка, который слушается взрослых, приёмного сына моего старого товарища и коллеги. Мальчик у меня, можно сказать, на руках вырос, я вообще проблемы не вижу. Вдобавок — ну вы же знаете, что он впрямь сын Рандольфа, на этот счёт есть личные распоряжения Рандольфа, да ещё и доведённые до Святейшего Отца. К чему же тут… бастард, бастард… если король его лично признал, да ещё утвердил бумаги в Святой Земле?

— А в результате на улицах начнут болтать, что на троне сын придворной потаскухи, — процедил наставник.

— И короля! — заорал Нагберт. — Как вы не поймёте?! Не припадочный Гэлис, которого полоумным только ленивый не зовёт, а хорошенький ребёнок. Всё, мол, впереди. О чём речь! Мы успокоим народ, а власть будет в нужных руках. Мне-то чем доказать Святейшему Отцу, что я работаю на церковь Сердца Мира и Святой Розы хоть даже в адских безднах, будь всё неладно?!

— Святейший Отец не одобряет споров, — сказал наставник. — Не надо как лучше. Надо как велено.

Но нотка некоторой неуверенности в его голосе всё-таки прозвучала.

— Послушайте, — устало сказал Нагберт, — приходите завтра на обед. Официально. Как наставник посольства Святой Земли, как мой духовник — всё равно. Я покажу вам мальчишку. И вы спокойно сообщите Отцу Святейшему, что наш будущий король — послушный ребёнок. У которого вдобавок никого, кроме меня, не осталось.

— А ваш духовник из Святой Земли не вызовет подозрений? — спросил наставник.

— У кого? — скрежетнул Нагберт, рассмеялся, видимо. — У моих людей? Или у простецов?

— Болтают о послах с побережья, — сказал наставник холодно.

— Ах, об этих… — с такой интонацией машут рукой и делают гримасу. — Они не послы. Фарфоровый офицерик и его ординарец, Кукла прислала их охранять нашего, так сказать, диктатора, — и снова скрежещуще хохотнул. — А Норфин — всё. Уже не диктатор. Уже без претензий. Отдал мне регентство, умиляется: ах, юный владыка, будущее Перелесья… Будет мне служить, как пёс. Поймите, наставник: я уже всё сделал! Это было дико сложно, но я справился в одиночку, а вы тут… Да в бездну! Всё брошу, уеду в Заозерье, куплю виноградник, наплюю на вас на всех, пропади всё пропадом… всюду неблагодарность!

— Да уж, — сказал наставник. — Звучит так красиво, что нереально.

— Проверяйте, — устало сказал Нагберт. — Мне плевать. Всё очевидно, всё прозрачно, всё — у всех на глазах. А ваши люди пытаются ломать мне игру. Ну ладно, сманили Хатрика, подкинули денег, уехал — и славно, меньше головной боли. Но ведь охмурили эту дурищу, мать бастарда… Смысл? Расчищаете трон для полудурка? Нет уж, мальчишка куда лучше, мальчишка — чистая выгода. Практически у власти я — вот он я, всё равно что в короне — и пустое место на престоле. Десять лет до совершеннолетия.

— Девять, — сказал наставник.

— Один демон, — огрызнулся Нагберт. — Хоть за девять, хоть за десять… Перелесье и пяти не протянет, очевидно же. И я облегчаю вам работу.

Некоторое время оба молчали: наставник думал. И в конце концов сделал вывод:

— Я доложу Отцу Святейшему в ближайшее время.

— И он коронует мальчишку, — закончил Нагберт. — Это очень важно. И значимо. Для народа. Тогда мы уже можем гарантировать, что всех успокоили, после чего и сами сможем спокойно продолжать заниматься своими делами. Передайте Отцу Святейшему, что мы встретим его с помпой. Шикарно.