Книга Королева роз, страница 38 – Брайер Болейн

Я неловко заерзала на скамье.

Ланселетта оставила Галахада в покое и вновь набросилась на меня:

— А ты? У тебя нет оправдания. Ты можешь делать все что угодно. По крайней мере, до…

— Да, до… – ответила я, встретив ее взгляд. – В чем смысл, если у нас не будет будущего?

Подруга на мгновение замолчала, глядя на меня в недоумении.

— При чем тут будущее? Моргана, не будь наивной. Ночь в постели с красивым мужчиной – это не про будущее, а про сейчас. Попробуй хоть раз, а потом расскажи мне, в чем смысл.

— Думаю, Моргана обеспокоена чувствами… – тихо сказал Галахад.

— Ну и как-нибудь потом разберется, – пожала плечами Ланселетта. – Не конец света.

— А если не смогу разобраться? Тогда мне будет еще хуже, – вырвалось у меня.

— Хуже? – Галахад впился в меня взглядом. – Ты считаешь, что служение храму не сделает тебя счастливой?

Я помолчала.

— Просто у меня не то чтобы есть выбор… – сказала я. – Это было не мое решение, поэтому я не уверена, что служение храму меня осчастливит.

Между нами повисла тишина.

— Вы оба безнадежны, – наконец сказала Ланселетта.

— Ой, я тут вспомнила. – Я полезла в сумку и аккуратно извлекла завернутую в ткань миниатюру, после чего положила ее на стол.

Галахад ахнул:

— Кто это сделал?

— Я. – Ложь легко сорвалась с моих уст. – Случайно пролила чернила.

Я не собиралась рассказывать друзьям правду. Вот уже четыре года я умалчивала о том, что Флориан меня преследовал. У них и так своих забот было немало, мне не хотелось, чтобы друзья еще и за меня переживали. К тому же я опасалась, что они начнут уговаривать меня обратиться к Артуру. А я не собиралась этого делать.

— Это ведь портрет твоей мамы? – тихо спросила Ланселетта, всматриваясь в изображение. – Я думала, он всегда висит у тебя на стене.

— Да, висел. Но крюк не выдержал. Не повезло.

Я заметила, как Ланселетта и Галахад обменялись взглядами.

— Ты хочешь, чтобы я попробовал его восстановить? – спросил Галахад.

— А получится? – В моем голосе слышалось явное отчаяние. – Даже если не идеально. Главное, чтобы было видно лицо…

— Я заберу его на ночь, если позволишь. У нас есть послушник в храме, он изучает живопись под руководством одного из жрецов. Он отличный художник. Мерлин хочет, чтобы он расписал новые стены в общежитиях.

— Звучит просто божественно, – протянула Ланселетта, наклоняясь ближе.

Галахад прочистил горло:

— Да, он очень талантлив и, возможно, сможет помочь. – Мужчина взглянул на меня: – Мы друзья. – Он закатил глаза.

— А жрецы не могут почистить картину магией? – недовольно поинтересовалась Ланселетта. – В чем вообще смысл, если они даже с таким пустяком не справляются?

Я и сама часто задавалась этим вопросом, но никогда не осмелилась бы задать его вслух. Особенно при Галахаде.

— Ты думаешь, служение Трем сестрам сводится к экспериментам с заклинаниями и чарами? – воскликнул мужчина, явно потрясенный. – Мы служим богиням не ради магии. Даже если в наших жилах не останется ни капли волшебной крови, мы все равно будем соблюдать обряды. Смысл служения останется неизменным. Богини видят и слышат все, Ланселетта. – Он повернулся ко мне, в его глазах вспыхнул знакомый огонь веры, от которого мне всегда становилось неуютно. – Помолись им сегодня, Моргана. Они услышат тебя.