Онлайн книга «Четыре месяца темноты»
|
Боря Тугин отшатнулся и раскрыл рот, первым осознав, что Люба держит в руке оружие. У Яны Кулаковой, когда она отпрыгнула назад, чуть не слетели с переносицы очки, а Ангелина стала бледнее бумаги. — Ну! Кто из вас хочет ещё чем-нибудь швырнуть в меня?! – высокий голос Любы разрезал студёный воздух. Ошеломлённые и жалкие, её враги оцепенели и боялись смотреть в глаза. Возможно, сегодня они могли убить человека, а теперь от неё зависят их жизни. Люба много бы отдала, чтобы это приснилось ей. Но всё было наяву. У неё задрожала рука. Защитит ли её эта внезапная находка? Выстрелит ли пистолет? — Люба, ты сбрендила! Не стреляй! – Кулакова делала вид, что ей не страшно, но глаза у неё выпучились от ужаса, а коленки тряслись. Люба обнажила скобки на зубах и направила дуло на Борю: — Смешно, Тугин? — Не с-смешно. Он снова стал заикаться, уставившись в землю, и Любе показалось, что сейчас он расплачется, как маленький. В конце поля показались две фигуры: взрослая и мальчишеская. Но было слишком темно, чтобы они видели, что здесь происходит. Люба не умела долго злиться, и теперь уже не знала, что делать с этой железякой в руках и как долго она сможет держать на расстоянии своих противников. Но девочка знала, что не должна молчать, иначе они поймут, что она сомневается. — Кто из вас придумал печенье с сюрпризом? — Я! – Ангелина сделала шаг вперёд, всё ещё бледная, но не сводящая с лица Любы безразличных, пустых глаз. – А что? — Не смотри на меня! – крикнула Люба, чувствуя, как снова злится. Девушка опустила глаза и, подняв руки, проворковала: — Пиф-паф, ой-ой-ой, умирает зайчик мой! — Замолчи! Фигурки на дальнем конце поля стали указывать на неё, а потом замахали руками. Мальчик отделился от взрослого и побежал вперёд. Люба растерялась. Ангелина сделала кошачий шажок одной ногой. Её тонкая шея выгнулась, а ржавые волосы чуть колыхались от ветра. Теперь она уже не поднимала глаз. Люба видела её покрытые охрой ресницы. «Лучше бы она смотрела». — Я умирала уже сотни раз, – промурлыкала Ангелина. – Мне не страшно. Она сделала ещё шаг. — Стой на месте! Тугин обхватил голову и сел на корточки. Кулакова нервно теребила завязки на куртке и кусала губы. В образовавшийся полукруг неожиданно вбежал Илья Кротов. Он задыхался. — Люба, что они… Уф-ф… Кирилл Петрович сейчас… Он заметил пистолет и остолбенел. — Ты не сможешь. Слишком много свидетелей! – Ангелина сделала ещё шаг. — Смогу! – крикнула Люба так, что услышала эхо своего голоса из обгорелого дупла. – Сделаешь ещё шаг – и… — И что? — Замолчи! – крикнул на Ангелину Илья, он удивлённо рассматривал Любу, перепачканную сажей, с расцарапанной щекой. – Что вы с ней сделали? Тёмная фигура приближалась, и Люба узнала Кирилла Петровича – он шёл медленно, спотыкаясь, словно не видел дороги. Кротов резко развернулся и побежал к нему навстречу. Люба качнула рукой и вовремя поймала себя на том, что чуть не выстрелила из-за резкого перемещения мальчика. Рука у неё замёрзла – она уже почти не чувствовала пальцев. Пистолет казался слишком тяжёлым. Илья подбежал к учителю и что-то сказал ему. Люба видела сквозь сумрак, что у Кирилла Петровича какая-то белая повязка на голове. «Что это с ним?» — Люба! – крикнул он издалека, и голос у него был низкий, осипший. – Я уже пришёл! Тебе больше ничто не грозит. Оставь! Я решу это! Решу за тебя! |