Книга Четыре месяца темноты, страница 166 – Павел Волчик

Шутки же их были все на одну тему, о том, что пишут на заборах да в подъездах, и это казалось самым смешным.

Вконец замерзшие, они вернулись на платформу и, дождавшись поезда, сели в самый последний вагон, продолжая говорить глупые слова и краснея от новых приступов смеха.

Андрей увидел, что продают мороженое. Он откинул темные волосы со лба и взглянул своими горящими глазами на продавщицу.

— Зайцев, подожди! – бросил он другу и поднялся. – Я хочу мороженое.

— Возьми и мне! – завертелся на сиденье Вася. – Я тебе потом деньги отдам.

— Размечтался!

Юноша пошел за вафельным стаканчиком, но в это время продавщица уже вышла в тамбур, и ему пришлось поспешить, чтобы догнать ее.

В вагоне было мало пассажиров. Тут же на одном из сидений он увидел двух странных типов.

Андрей не мог себе объяснить как, но он легко узнавал людей, которые когда-то убивали, или сидели в тюрьме, или могли убить – и теперь он увидел эту печать на лицах этих двоих. Ему неприятно было смотреть на них, и в то же время он не мог оторвать от них взгляда.

Они тоже посмотрели на него, словно изучая. Андрей сделал походку более уверенной и попытался казаться старше.

Пока он покупал две порции мороженого, поезд остановился, и еще несколько человек вышли.

Вернувшись, юноша с удивлением увидел, что его друг идет вслед за странными типами в противоположный тамбур. В вагоне остались только старушка и седоволосый крупный мужчина.

Несколько секунд Андрей колебался, решая, сесть ли ему на место или последовать за ними, затем им овладел геройский дух, и парень выбрал последнее.

Он вошел в тесный тамбур. Зайцев прижался спиной к дверям. Напротив него стояли двое: один, высокий, лохматый в кожаной куртке, все время молчал и угрюмо смотрел по сторонам, его выступающий подбородок и выпяченная нижняя губа делали выражение лица несколько тупым; второй – небольшого роста, коренастый и, напротив, лишенный всякой растительности на голове, одетый в толстовку и серые джинсы, с серьезным видом о чем-то говорил с Васей. Оба они очень удивились, что Андрей вошел следом, и, видимо, не ожидали этого. Особенно странно было, что юноша так и не выпустил из рук стаканчиков с мороженым.

Андрей молча встал рядом с другом.

Лысый сразу обратился к обоим, перегородив путь к дверям и нервно оглядываясь.

— Вы ржете как наркоманы. Мы ловим таких, как вы. Нужно проверить, нет ли у вас чего?

— Никакие мы не наркоманы! – проговорил, сопя, Вася Зайцев.

— Так что везем? – снова спросил лысый, как глухой, и спросил очень убедительно, так, что школьники на мгновение подумали, будто два странных типа действительно проверяющие.

— Ничего у нас нет!

— Показывайте руки, – процедил лысый, и лицо его приняло жуткий вид.

Лохматый завертел головой – не идет ли кто?

Андрей понимал, что эти двое в два раза старше и сильнее их, понимал также, что это не мешает ему сопротивляться, но страх так вдруг сковал его, что ничего не оставалось, как закатать рукава, приговаривая:

— Парни, отстаньте вы!

Лысый угрюмо молчал и делал вид, что осматривает запястья.

— Чего вам надо-то?

Только Вася это сказал, как его ударили об дверь. Андрей почувствовал, как заныл затылок, будто бы стукнули его, а не Зайцева, и это сковало его еще больше. Вася обомлел и замолчал.