Книга Четыре месяца темноты, страница 129 – Павел Волчик

Далее Озеров добросовестно выполнял роль вешалки, для чего и нужен был сегодня сестре. Она то отдавала ему на руки ребенка, то забирала обратно и вручала сумку, то снова отдавала младенца, потом забирала и ребенка и сумку, после чего вешала ему через руки пальто.

В кабинете доктора за компьютером сидел молодой человек, тонкий, как жердь, с зализанными назад волосами и длинными худыми пальцами.

— Врач там, – указал он на соседнюю дверь. И принялся печатать на клавиатуре так быстро и ловко, словно пальцы его были созданы именно для этого.

Кирилл успел разглядеть в дверном проеме, как с кушетки сползает тело в джинсах.

Дверь открылась полностью, и к ним вышел еще один молодой человек, ровесник Кирилла, с заспанным лицом и модными очками в темной оправе. Белый халат был накинут поверх пестрой футболки, отчего создавалось впечатление, что это не доктор, а весельчак, одевшийся на маскарад. Щеки доктора покрывала небрежная щетина. Он угрюмо поздоровался, взял у Дарьи карточку и снова уселся. Его раскованные движения говорили о том, что он здесь хозяин, а долговязый – помощник.

— Что беспокоит? – окинув мельком вошедших, спросил детский хирург. – Показывайте.

Дарья развернула одеяло и расстегнула на Лиле распашонку.

Младенец завыл, сначала тихо, потом все громче. Хирург нахмурился, на пару мгновений склонился над ребенком, потыкал пальцем в небольшое вздутие в районе пупка и принялся диктовать помощнику.

— Пупочная грыжа. Четыре сантиметра в диаметре. Повторный прием.

— Как повторный? – возмутилась Дарья.

Он коротко глянул на нее, как будто вспомнив, что в кабинете есть еще кто-то, кроме него и помощника, и продолжил задумчиво:

— Мазать два раза в день бриллиантовой зеленью. На повторном приеме будут даны дальнейшие рекомендации.

— Я и без вас знала, что у нее пупочная грыжа, что нам делать?

Доктор широко зевнул, решив не тратить энергию на то, чтобы прикрыться рукой.

— Не делать ничего. У нее заживает шрам от места разреза пуповины, пока заживает, закрывать бандажом нельзя. Соответственно и лечение грыжи сейчас невозможно. Мажьте зеленкой и следите, чтобы грыжа не стала больше.

— Следить? То есть лечить ее силой взгляда? Прием у вас стоит тысячу рублей. Я что, пришла, чтобы услышать о том, что я должна мазать ребенку пупок, который и так мажу?

— Видимо, да, – ровно ответил доктор, – медицина еще не придумала ничего лучше. Можете, конечно, не мазать, ребенок-то ваш. Глеб, распечатай рецепт.

Он на миг заколебался, увидев, что пациенты все еще стоят в кабинете. И произнес гнусаво:

— Вы что-то еще хотели?

Дарья толкнула плечом дверь.

— У вас есть собственные дети?

— Нет, а что?

— В следующий раз хотя бы вымойте руки, прежде чем прикасаться к чужому ребенку.

Проходя через приемную, как таран, сестра расплатилась, забрала у девушки за стойкой документы и направилась к выходу.

— Ждем вас на повторный прием! – привычно улыбнулась девушка, хотя глаза ее выражали ужас от созерцания перекошенного лица Дарьи.

— Придется ждать целую вечность, – пробормотал Озеров.

Они быстро шли по сырой улице, коляска объезжала лужи.

— Вот тебе и живой пример того, как специалист, не умеющий обращаться с детьми, пытается сварить куриный суп. И учили его, наверное, такие же специалисты.