Книга Два сплетенных венца, страница 175 – Рейчел Гиллиг

Медно-рыжие волосы упали ему на глаза. Он приставил клинок к груди Линдена и процедил сквозь зубы:

— Ты знаешь, как это бывает, ублюдок. Будь осторожен. Будь мудр. Будь добр.

Я зажмурилась, а когда открыла глаза, смертельный удар уже был нанесен. Лезвие пронзило сердце Линдена насквозь, и кровь хлынула из его тела прямо в лесную землю. Дестриэр закрыл глаза, захрипев на мгновение, прежде чем великий последний сон позвал его за завесу. Элм еще мгновение разглядывал его, а потом отвернулся. Он вернул Кошмару меч, и ему хватило совести изобразить раскаяние.

— Я сдержал обещание.

Когда они с Кошмаром вернулись к Айони, стрела уже лежала на земле, а рана в ее плече затянулась. Она держала в руках Карту Девы и постукивала ногой, прищурившись на Элма.

— Это было лишним.

Он хрипло рассмеялся и вдруг рванулся вперед. Обхватив лицо Айони ладонями, Элм наклонился и прижался к ее губам в лихорадочном поцелуе.

— Мне жаль. Я должен был пойти с тобой. Я совсем не умный. Прости, прости…

Мы с Кошмаром уставились на них.

«Кажется, мы пропустили кое-что важное», – протянула я.

«Хоть какое-то утешение», – буркнул он.

Мои дядя и отец отвели глаза, заливаясь румянцем.

Когда слегка ошеломленная Айони наконец отстранилась, она протянула Элму Карту Девы. Элм коснулся ее и вздохнул с облегчением, чувствуя, как все его раны – порезы, синяки, обморожения – исчезают, оставляя его исцеленным. Мои отец и дядя сделали то же самое. Я испытала облегчение, видя их вновь здоровыми, но хорал вновь зазвучал в моем разуме, став громче прежнего: «Полночь. Полночь. Полночь».

Я прочистила горло и обратилась к Кошмару:

«Спасибо. Они живы благодаря тебе. А теперь…»

«Мы должны взять Карты и встретиться с Рэйвином в комнате».

Но едва он произнес это, его плечи напряглись. Кошмар уставился в лес, и я увидела то, что он почувствовал: свет, мерцающий в нашем общем зрении. Вспышки цвета.

В лесу были Карты Провидения. Но они направлялись не к комнате с камнем, а в противоположную сторону. И быстро.

«Рэйвин? – позвала я в пустоту и не услышала ответа. У меня оборвалось сердце. – Что-то не так».

Кошмар сжал руку на плече Айони.

— Отнеси Деву, Косу и Две Ольхи в комнату с камнем. – Его взгляд нашел Элма. – А на тебя у меня еще есть планы.

И он побежал. Но не за светом, а к замку Ю.

«Быстрее, – кричала я, перекрикивая стук его сердца. – Беги быстрее».

Он продрался через деревья и вышел на луг. Снег покрывал каждую травинку, но он не был белым – он был красным.

Рэйвин лежал на спине, прижимая руку к боку, и его медная кожа выцвела до пепельного оттенка. Его открытые глаза остекленели, а дыхание вырывалось из груди короткими прерывистыми вздохами.

Кровь. На снегу, на одежде, на лице и руках. Так много крови.

Кошмар издал нечеловеческий рык. И я увидела то, на чем остановился его взгляд: рукоять кинжала, застрявшего у Рэйвина между ребер.

Я закричала.

Кошмар рухнул на колени рядом с Рэйвином.

— Нет, – сказал он, останавливая дрожащую руку Рэйвина. – Не выдергивай клинок. Он удерживает кровь.

Рэйвин моргнул и поднял мутный взгляд.

— Элспет, – шепнул он так тихо, что только я услышала этот шепот.

Я билась в темноте – в небытии – пытаясь добраться до него. Мое сознание так яростно рвалось наружу, что Кошмара охватила дрожь.