Книга Дитя титанов, страница 243 – Джен Уильямс

Дикий лес притих, наполнившись ожиданием. В последнее время, куда бы Киллиан ни шел, его везде окружала эта выжидательная тишина, осязаемая, точно театральная пауза. Когда он нес в себе Зеленого человека, лес был диким, хаотичным и шумным. Теперь лес любил Киллиана, и Киллиан отвечал ему тем же; между ними царило согласие. Он подошел к жене, встал перед ней на колени и взял ее за руку. Его зеленые глаза – нефритово-зеленые, как и раньше, – смотрели серьезно.

— Что произойдет? – спросила она его.

— Я попрошу лес забрать у тебя руду – впитать ее в корни, камни и деревья – и дать тебе кое-что взамен.

Он вдохнул, задержал ненадолго дыхание и медленно выдохнул.

— Мы рискуем, Левен. Лес может не откликнуться на мою просьбу, а если откликнется, то я не уверен, что ты когда-нибудь сможешь снова покинуть его.

Левен улыбнулась и погладила мужа по щеке:

— Разве это так уж плохо?

Он поцеловал ее пальцы:

— Моя зеленая дама. Мы вместе. Я люблю тебя.

Киллиан закрыл глаза, и она залюбовалась его лицом – тонкой линией подбородка, шрамом через бровь, зеленоватыми рогами. Она привыкла считать, что потеряла его навсегда, и теперь все еще удивлялась и восхищалась, просто глядя на мужа. Поглощенная созерцанием необычного изгиба его бровей, она не сразу заметила изменения, которые начали происходить в ней самой. Лишь когда Киллиан похлопал ее по руке, она увидела: серебристо-голубые линии по всему ее телу стали густо-зелеными, как дубовые листья. Руда действительно вымывалась из ее тела, а с ней уходила и боль.

— Звездить твою, Киллиан…

— Как ощущения? – рассмеялся он.

— Странные. Но приятные.

— Где твои титаны? Ощущаешь их?

Левен закрыла глаза и расслабилась. Было странно почувствовать себя одной в своем теле, полностью покинутом энергией рудных линий. Не было больше крыльев, которые надо призывать, исчез меч, освободив руку. И все же титаны многим поделились с ней, особенно за последний год. Она по-прежнему слышала их, чувствовала вкус соли, когда думала о море.

— Память о них еще со мной, – ответила она наконец, – но теперь они как добрые друзья из далекого прошлого. – Ее улыбка погасла. – Или как сестра, которую я знала всего пару лет.

Они обнялись и сидели так, слушая звуки леса. Где-то высоко каркнула галка.

Когда настало время уходить, Киллиан помог жене встать, в чем она совсем не нуждалась и за что игриво ткнула его локтем в бок, и они направились к Тропе.

— Инис была бы рада видеть, что ты исцелилась, – тихо сказал он.

— Иногда мне кажется, что я чувствую ее рядом, – призналась Левен. Над ними сияло ярко-синее небо, обещая долгий жаркий день. – Стоит мне посмотреть в небо, и я почти ожидаю увидеть ее там, понимаешь? Потому что именно там, наверху, ее место.

— Я очень мало разбираюсь в магии грифонов-краеходов, – сказал Киллиан. – И еще меньше – в том, что произошло тогда в Логове нежити. Но я не верю, что ее больше нет. Я имею в виду, нет совсем.

Левен кивнула и едва не расплакалась, снова представив себе Инис такой, какой видела ее в последний раз, с настоящими крыльями грифона.

— Значит, теперь, когда Дикий лес сделал мое тело своей частью, я не могу покинуть его?

— Не знаю. Может, нам стоит это выяснить прямо сейчас, моя зеленая дама?

* * *

Эпона брела по коридору замка со шваброй в одной руке и ведром в другой. Ей было жарко, она вся вспотела. Лето вступило в свои права, и она чувствовала себя грязной с головы до ног. Она и ее придворные уже целую вечность отмывали замок, оскверненный отанимами, а грязь все не кончалась. Каждый день находилось что-нибудь новое, что требовалось отмыть, починить или выбросить.