Книга Сестра грифонам, страница 197 – Джен Уильямс

— Хм. – Фестус снова принялся прихорашиваться. – Люди все-таки странные существа.

Инис стиснула зубы, когда леденящий ветер взъерошил ей волосы и скользнул по шее. Ее пальцы, белые вначале, теперь посинели. Каждый открытый кусочек ее кожи сначала горел от холода, но это ощущение постепенно сменялось опасным онемением. Она представила, как ее тонкие, маленькие человеческие косточки, желтые и бледные, будут лежать среди огромных сине-зеленых костей грифонов, и едва не рассмеялась.

— Я готова, – сказала она совсем тихо, и ветер унес ее слова.

Тело Инис расслабилось, и она подняла голову, не чувствуя когтей ветра. Закрыв глаза, она бережно сохраняла в себе ощущение близости Края, мысленно тянулась к нему. И вдруг все изменилось: Костопад, пустынный и заброшенный раньше, наполнился духами. Инис открыла глаза: вокруг нее летали призраки грифонов, их пустые глазницы были обращены к ней.

«А вдруг у меня нет нитей судьбы? Что, если мой йост недостаточно силен?»

Медленно, почти нехотя, Инис подняла голову. Над ней, уходя в набрякшие снегом облака, раскачивались длинные красные ленты, колеблемые невидимым воздушным течением.

— Ты видишь их? Нити судьбы? – шепотом спросил Фестус. Окруженный настоящим водоворотом из духов, он сам казался всего лишь тенью.

Инис кивнула. Фрост говорила ей о паутине, но девушка ее не видела. Перед ней были пять нитей судьбы, отчетливые, несмотря на слезы, выступившие на глазах Инис от ветра. Три нити были широкими, но бледными, как кровь, разбавленная водой. Две другие выглядели ярче и живее; одна и вовсе алела, как кровь, хлещущая из кроличьего горла, только что перерезанного ударом грифоньего клюва. Инис сосредоточилась на ней, следя за ее скольжением по небу.

— Их больше, чем я думала, – пробормотала она.

Ее сердце часто забилось. Как же теперь узнать, которая из них ведет к Т’руук?

— Фрост говорила, что самые яркие линии – это самые крепкие узы. Значит, две – это отцы… Кто еще две, я не знаю, но самая яркая – наверняка Т’руук. – Инис кивнула, словно убеждая себя. – Точно. У меня нет никого ближе нее, значит это она и есть.

«Я иду к тебе, сестра».

— Она на юге.

Ничего неожиданного, ведь именно там лежат земли людей. Если Т’руук поймали, то неизвестно, куда ее могли увезти. Инис быстро моргнула, и призраки Костопада исчезли. Онемевшими пальцами она стала натягивать на себя плащ.

— Летим туда.

— Сколько еще до Галаброка?

Киллиан взглянул на Левен. После их бегства из Мерсии герольд сильно побледнела, но ее подбородок был по-прежнему решительно вздернут, а глаза блестели.

— Скоро уже, – ответил он. – Следующая Тропа приведет нас прямо туда.

Левен стремительно кивнула и ускорила шаг. Эпона шла, понурив голову; последние несколько часов она молчала, и у Киллиана мелькнула странная мысль, что ей не особенно хочется встречаться со старшей сестрой, королевой Сени. Но выбора у них не было. Дважды с тех пор, как они покинули Логово нежити, они слышали или видели атхорнов и стражу королевы Гвенит, которые шли за ними по пятам даже в Диком лесу, с каждым разом подходя все ближе… Киллиан вздрогнул. Лес напоминал ему раненое животное, которое слишком ослабло, чтобы нападать первым, но, если подойти к нему близко, оно все же бросится, превозмогая боль. В лесу были гнев, печаль и глубоко укоренившийся ужас, причины которого Киллиан не понимал. Деревья, земля, туман – все было пропитано им, словно пыльцой, и чем дальше на север, тем сильнее. Киллиану самому уже хотелось поскорее очутиться в крепости Галаброка. Эта мысль причиняла ему боль, но там они оказались бы в меньшей опасности, чем здесь.