Книга Земная помощница для галактического прокурора, страница 35 – Лея Арис

Ну да, — думаю я, чувствуя, как ко мне возвращается способность мыслить рационально. Он герцог. Это его корабль. У него есть собственный флот, личная гвардия, и, вероятно, личный повар. Или он просто любит готовить сам?

Эта мысль кажется настолько дикой, настолько несовместимой с образом ледяного Прокурора, что я отбрасываю ее, как нелепую фантазию.

Дверь открывается. Ксавьер выходит. На нем теперь темный, идеально сидящий домашний костюм. Рубашка из тончайшей, струящейся ткани, черного цвета, расстегнута у ворота, открывая ложбинку на груди и начало золотых линий, уходящих вниз. Брюки того же оттенка, мягко облегающие бедра. Ткань движется вместе с ним, подчеркивая каждое движение мышц.

Его волосы уже почти высохли, слегка растрепаны, и это придает ему опасный, расслабленный вид, который контрастирует с ледяной напряженностью в его глазах.

В руке у него планшет. Он подходит ближе, и я снова чувствую его запах. Чистота. Холод. И что-то неуловимо пряное.

— Если вы сварите кофе, — говорит он, и в его голосе слышится легкая, почти незаметная усталость, — я буду вам признателен.

Он кивает в сторону кухни.

— Да, конечно, — отвечаю я, вставая, и мой голос звучит удивительно ровно. — С удовольствием.

Я прохожу на кухню. Мои пальцы касаются гладких, прохладных поверхностей. Я ищу кофе, и нахожу его в прозрачной, герметичной банке — молотый, темный, ароматный.

И тут я вижу ее. Медная, с длинной ручкой, стоящая на отдельной полке. Турка. Настоящая, классическая джезва.

— А можно… — я оборачиваюсь к нему, чувствуя себя неловко, но все же решаясь. — Можно сварить в ней? Репликаторы — это прекрасно, но…

Он кивает.

Я чувствую, как на губах сама собой появляется робкая, быстрая улыбка. Я насыпаю кофе в турку, заливаю водой. Плита. Настоящая, индукционная, отзывается на легкое касание. Я ставлю турку на нее и замираю, глядя, как начинает подниматься пенка.

— Сюда, — говорит он тихо, и я чувствую его присутствие за спиной. Он протягивает руку и мягко, но уверенно поправляет ручку турки, чуть смещая ее с центра конфорки. — Так равномернее.

Его пальцы на мгновение касаются моих. Я задерживаю дыхание.

— Признаюсь, — говорит он, отступая на шаг и открывая холодильник, — я тоже люблю вареный кофе. Репликаторы точны, но… они лишены души.

Он достает несколько маленьких тарелок. На них десерты.

Невероятные, похожие на драгоценности. Кремовые пирамидки, посыпанные золотой пыльцой, полупрозрачные сферы с жидкой сердцевиной, темные, бархатистые кубы, пахнущие горьким шоколадом и чем-то экзотическим.

— Не против сладкого? — Он, ставит тарелки на низкий столик у дивана.

Я киваю.

Кофе начинает подниматься. Я снимаю турку с плиты, разливаю густую, ароматную жидкость в две к белоснежные чашки. Беру их и несу к столу.

Мы садимся друг напротив друга. Он делает глоток, и на его лице, всего на секунду, проступает тень удовлетворения. Я сжимаю свою чашку в ладонях, чувствуя, как тепло разливается по пальцам.

— Расскажите мне о вашем доме, — неожиданно спрашивает Ксавьер. — О Земле. О вашем детстве.

Я поднимаю на него взгляд, удивленная.

— Я вряд ли могу рассказать что-то, чего нет в ваших базах данных, — осторожно отвечаю я. — Сканеры Альянса, психологические профили…

— Сканеры видят факты, — перебивает он мягко. — Они не видят того, что вы сами хотите рассказать. Вы можете рассказать мне всё, что посчитаете нужным.