Книга Земная помощница для галактического прокурора, страница 19 – Лея Арис

Его приказы звучат как часть единого, отлаженного механизма.

Наш корабль, будто живой, петляет в потоках плазмы, уворачиваясь от лучевых атак. Но их слишком много. На экране показатели щита стремительно падают.

Ксавьер смотрит на меня, его синие глаза в свете аварийных сигналов кажутся ледяным пламен.

— Держитесь, — говорит он.

Он делает нечто безумное. Вместо того чтобы пытаться прорваться к планете или своим, он снова обращается к панели варп-двигателя.

Но мы еще не вышли из гравитационной скважины планеты! Совершать прыжок сейчас — смертельно опасно. Может разорвать на атомы или выбросить в случайную точку пространства.

— Выхода нет, — тихо произносит он, будто читая мои мысли, и нажимает последовательность клавиш.

Мир снова взрывается. Но на этот раз прыжок не плавный, а резкий, болезненный, словно корабль вырывают из реальности. Все вокруг трещит, скрежещет, кресло бьет меня по спине. Я вижу, как на лбу у Ксавьера проступают капли пота, а золотые полосы на его скулах вспыхивают ярким, тревожным светом.

Выброс. Мы вылетаем из варп-пространства с таким рывком, что у меня темнеет в глазах.

Перед нами — не открытый космос. Это атмосфера. Густая, фиолетовая, с пляшущими молниями. Мы падаем. Сирены воют. Корабль трясет как в лихорадке.

— Готовьтесь к жесткой посадке, — раздается его голос, натянутый, но все еще контролируемый. Его руки летают по панелям, пытаясь стабилизировать падение, направить нос вверх.

Земля — или что-то ее заменяющее — стремительно несется навстречу. Скалы, фиолетовая поросль, озеро какой-то темной жидкости. Он выбирает относительно ровную площадку у подножия черных скал.

Удар.

Оглушительный грохот, скрежет раздираемого металла. Все бросает вперед, ремни впиваются в тело. Свет гаснет, остается лишь аварийная подсветка, окрашивающая все в кроваво-красный цвет.

Тишина. Глухая, давящая. Пахнет гарью и чем-то едким.

Я отстегиваю ремни дрожащими руками, отряхиваюсь. Ксавьер уже на ногах. Он кажется невредимым, только волосы слегка растрепаны, а в глазах горит холодный, сфокусированный огонь.

— Целы? — бросает он мне, оценивая взглядом.

— Да, — выдавливаю я, хотя все тело ноет.

— Хорошо. Берем аварийные наборы и оружие. И выходим. Быстро.

Он открывает панель у своего кресла, достает два компактных бластера, один протягивает мне. Его пальцы снова на миг касаются моих. На этот раз я почти не реагирую — адреналин заглушает все остальное. Потом он вскрывает аварийный отсек, достает два рюкзака с припасами.

Трап открывается с шипением и скрежетом, заедая на середине. Мы вылезаем через образовавшуюся щель.

И попадаем в мир, который словно сошел с полотна сумасшедшего художника. Фиолетовое небо с двойной оранжевой луной. Воздух густой, влажный, пахнет серой и металлом.

Черные, остроконечные скалы, покрытые биолюминесцентным мхом, мерцающим ядовито-зеленым светом. Вдалеке слышен непонятный, щебечущий гул неземной жизни.

Наш корабль лежит на боку, оставив глубокую борозду в странной, упругой почве. Из пробоин валит дым.

Ксавьер осматривается. Он поднимает руку, проверяет коммуникатор. На его лице — легкая тень разочарования.

— Связи пока нет. Помехи в атмосфере. Или глушилка.

Он поворачивается ко мне, и в его глазах нет и тени сомнения или растерянности. Только ясная, холодная решимость командира, оказавшегося на вражеской территории.