Книга Я обязательно вернусь. Книга 3.1, страница 28 – Нора Ольвич

— Отвергнутый герцог, — шёпот в спину. И гул свиты. Взгляды, лживые. Враги в Неаполе довольны. Не будешь же выискивать того, кто посмел…

Её отцу ещё не было выслано приглашение, явиться во дворец. Мелкий французский барон — землевладелец, стал флорентийским князем благодаря выгодному браку на старухе.

И это его будущий тесть! Тесть испанского гранта.

Приближённые уже знали цель их приезда в Неаполь.

Отвергнут девчонкой. Выскочкой. Она должна была покориться. И нести это бремя до конца своей короткой и никчёмной жизни.

— Своевольная дева, привыкшая жить по одной ей известным правилам.

Её учитель по фехтованию дал очень чёткую оценку княжне. Ну что же подождём, когда он объявится, и узнаем их новое месторасположение.

По-видимому, свадьба откладывается на неопределённое время. Всё, впрочем, неплохо складывается: любезная и страстная Регита д' Брован с удовольствием скрасит его одиночество, её муж ещё долго будет заниматься делами семьи во Фландрии.

А вот Его Величество будет недоволен. Очень. Что есть такое у этой девчонки, чего нет у великих королей, которые предлагают ей даже политическое убежище?

— Ум, ваша светлость. Она необычайно умна. А ещё знания, завораживающие, вы поймёте, когда увидите её.

Портрет. Ему должны, из Венеции доставить её портрет. Выкупить в ювелирном салоне, что она держала в сезон карнавала.

Его невеста — венецианская купчиха, которая занималась торговлей, она недостойна носить титул герцогини. Неожиданно чувство гнева сменилось безумным облегчением. Будто забот стало на полжизни меньше.

«— всё к лучшему».

Он видел её, покупая безумной королеве и её последней дочери, что также воспитывается в заключение, украшения по заказу Карла.

Совершенно не придал значения этому знакомству. Просто торговка. Просто фрагмент из лиц. Многих, окружающих его.

'— … Каталина, душа моя, если вы сейчас читаете это письмо, то значит, воспользовались моим приглашением и приняли в подарок имение, стоящее буквально на краю света. Понимаю, что для этого должны были возникнуть веские причины. Сожалею.

Но главное, что вы добрались. Семейство Мак-Кейдов, они всегда служили в этом поместье. У меня никогда не было причин им не доверять, поверьте. А в последнее время я надеялся, что они смогут помочь освоиться вновь прибывшим людям в этом суровом, но очень красивом месте. Они знают о моём браке, знают, что вы княгиня, являетесь единственной наследницей скромной резиденции князей д’Арагонна в Шотландии.

Дорогая моя…'.

Я читала сие послание, находясь в кабинете покойного мужа, а мужчина в солидном возрасте, не очень хорошо знающий французский язык, как мне показалось, с изумлением рассматривал меня. Понимала, что вызывает сомнение мой возраст, предполагаемая неопытность, и, наверное, отталкивающий внешний вид.

Два месяца в море не лучшим образом отразились на коже и волосах, да и вообще: тепло закутанные в одежды, будто подобранные наспех в лавках старьёвщика, с натруженными и обветренными руками, с глазами, полными ожидания и поисков мы походили на одичавших перелётных птиц.

В дороге приходилось экономить на пище, всё лучшее: фрукты и овощи, молочные продукты и мясо, отдавались детям, княгине Жанне и мужчинам. Работа и заботы о близких поглотили всю без остатка, на себя постоянно не хватало времени.