Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 95 – Нора Ольвич

— Так и есть, не отступит. Мы переговариваемся с ним. Жестами. Арман учил меня этой науке в своё время. Мы называли это азбукой Медичи. Этот клан живуч оказался благодаря, наверное, таким вот хитростям. А ещё науке о ядах. Пригодилось. Мы согласованно выжидаем, играем в отчуждение, не имея права на ошибки. Траур не будет сниматься год, осталось всего четыре месяца. Я жду, когда милорд — усопший жених проявит себя.

Мой так и несостоявшийся супруг, наверное, изумлён глубиной моих чувств к нему и немного раздосадован своей быстрой гибелью. Игра в страсть и любовь его увлекла. Я так предполагаю, он хочет попасть в дом, ожидая нашего отъезда, следя за галеоном в порту. Он жил с нами долгое время и не имел доступа ко всем тайнам в усадьбе. А некоторые из них он вероятно уже вычислил, не все, разумеется. Наша мастерская его интересовала всегда больше всего. Мой продолжительный траур надеюсь, дезориентирует его. Он должен уверовать, что у него всё несомненно получится. Так, долго скорбящая невеста, наконец-то осознавшая как, она любила своего жениха… впечатляющее зрелище.

— Я хочу знать всё. Дениза, что потом, ты укрепила канат и?

— Пыталась спуститься по нему до воды. Его длины не хватало, это вовсе не канат — толстая и очень прочная верёвка, плюс надёжный узел — рыбацкий штык. Но замерев над волнами, я вдруг увидела немного в стороне небольшой грот в стене, недоступный, как для волн, так и для неподготовленного в должной оснастке человека. В остальном дядя был не оригинален; пробравшись узким и длинным проходом, я через весьма продолжительное время оказалась в заброшенной рыбацкой хибаре на берегу нашего залива. Затем долго шла по песчаным дюнам до нашей виллы, а там уже без устали изображала убитую горем невесту благородного лорда.

— Зачем они прыгали с мыса в океан? Там в двадцать первом веке?

— Думаю, что до сих пор продолжают это делать. Драйв, и ни с чем не сравнимое чувство полёта, а затем резкое погружение в бирюзовые глубины.

— Резкое погружение…. А что потом, каковы наши планы?

— Я тоже боюсь, буду весьма неоригинальна и воспользуюсь наработанным вами опытом Каталина, как настольной книгой с учением о главном…

* * *

— Он провёл вот так рукой, будто военный, который решил отдать честь старшему по чину, его ладонь была открыта; это было всего лишь мгновением. Он ожидал реакции от меня на этот знак, показывающий, что он открыт для общения. Что я могу ему довериться.

— Где это произошло?

— Там на горной тропе, когда мы ехали верхом. Он уже знал о «гибели» милорда. Искал встречи с тем, чтобы предупредить нас заранее.

— Что ты сказала ему в ответ?

— Он ничем не рисковал, а я ничего и не промолвила. Ведь этот язык жестов был изобретён древними монахами и доработан кланом Медичи. Не посвящённая, я могла бы просто не обратить внимание на то, как повстречавшийся случайно на прогулке герцог в приветствии решил с поклоном головы придержать свой головной убор. Просто встреча, просто галантность семнадцатого века от проезжающего мимо верхом кавалера.

Но моё тело отклонилось и развернулось в его сторону на нужный градус, и пальцы будто неосознанно коснулась локона, что мешал. Я заправила его за ухо. Готовая слушать, заинтересованная, тем что мне он может поведать.