Книга Затмение; Год 1666 – Часть 4, страница 59 – Нора Ольвич

— Каталина, но ведь и часа не проходит, чтобы мы не вспомнили про его милость, а ведь ты боялась его изначально.

— Но он же вскоре станет частью нашей семьи. Мужчина сильно изменился. Одетый по моде, но без французских излишеств, с прекрасной стрижкой и укладкой волос. Он весьма представителен. Я даже допускаю, что изначально мы были для него прикрытием, возможно, даже и сейчас служим им.

Согласна, он в новой роли твоего жениха вхож во многие дома княжества и пользуется этим. Оставь это на его совесть. Наблюдай и иногда сталкивай между собой, но только врагов.

Милорд не скрывает своего имени и официально значится твоим женихом. Или ты считаешь, в этом его интерес и он пользуется своим положением? Но ведь именно так выгодно и для всей нашей семьи. Походи в невестах, а далее будет видно. Не торопи события, присматривайся и выжидай, я знаю одно, люди как есть всегда показывают себя со временем. И наш милорд, он явит свои тайны. Нужно только приглядеться вовремя и понять, что к чему. Любящая женщина, она всегда беззащитна и слепа, но ведь Дениз, ты же не страдаешь таким вирусом. Правда? Или ты влюблена?

Тихое, размеренное дыхание было мне ответом, но я была уверена — Дениз не спала, она точно вглядывалась в темноту ничего не видящим взором.

Мерное нечто звучало в тишине, будто отсчитывая мгновения раздумий. Возможно, это мысли нашей графини анализировали ситуацию, не давая отойти ко сну своей владелице, или всё же Вселенная в задумчивости, лишённая сна, наблюдала за нами. Питаясь эмоциями душ, попавших по её желанию в прошлое, возможно, она была неприятно удручена нашей сдержанностью в этом столетии.

Увы.

Как говорится, история ведёт свой отдельный отчёт и учёт всего на свете, так неужели век страстей, что потрясали наши сердца когда-то уже закончен?

* * *

А утром, вглядываясь в счастливые глаза Элены, мы верили, что всё, в конце концов, у нас наладится. Ведь именно из таких вот событий и состоит жизнь.

— Им дали знать, что мы в княжестве Монако, они искали нас, сойдя с рейда, судно пришвартовалось в порту. Милорд что-то не договаривает, но он сказал, все живы. Мадонна! Граф Эдуард, он будет к обеду, моё деликатное положение… наш медовый месяц, он словно во сне…

Я часто завтракала в мастерской; этот день не был исключением. Старалась быть всегда в тени сестёр, этакой юной мадемуазель, что проводит много времени за чтением. Про мастерскую знали не многие. В ней я расслаблялась и пыталась на этом этапе отладить весь технологический процесс ювелирного производства.

Прибытие графа было весьма кстати, ведь должен же он помнить устройство моих мастерских в далёком прошлом.

В том веке носитель этой души всегда мне помогал и был на определённом участке жизненного пути просто отличным для меня отцом и другом. Я всегда ловила флюиды его любви именно ко мне. В данное перерождение мы не воспринимали друг друга в таком ключе.

Он любил только Элену. Когда же я в очередной раз всматривалась в его глаза, там в Провансе, и ловила в них что-то неуловимое, то с удивлением отмечала нежелание мужчины брать на себя роль близкого для меня человека. Словно эта частичка его души была совершенно чужой для меня. Будто умерло в ней что-то или, наоборот, примкнуло нечто холодное и непонятное.