Книга Изгнанная в стужу. Попаданка начнёт с нуля, страница 91 – Анна Кривенко

— …и поэтому первый раунд — лучший кружевной зонтик! — голос организатора наконец пробился сквозь его оцепенение.

Евгений Петрович вздрогнул, тряхнул головой и вернулся в реальность. Кругом кипела работа: команды раскладывали свои изделия на длинных столах, судьи вставали со своих мест и начинали обход. Он заставил себя сосредоточиться, отогнать наваждение и думать только о деле.

Первый раунд прошёл ровно, без сюрпризов. Зонтики, созданные благодаря богатой фантазии Катерины Павловны, — кружевные, ажурные, с узором из виноградных лоз, — произвели на судей благоприятное впечатление, но южане выставили нечто невероятное: их изделие было связано в технике, напоминавшей чешую дракона, каждая пластинка переливалась и двигалась отдельно. Они получили максимальные баллы, а команда Евгения Петровича чуть меньше, что позволило остаться на втором месте.

Следующий раунд был посвящён кружевным перчаткам. Здесь работы собственной команды оказались вне конкуренции: тончайшая структура, воздушные цветочные гирлянды, иллюзия живой ветки, обвивающей пальцы, привели судей в восторг. Один из них, пожилой мастер с седой бородой, даже попросил разрешения примерить перчатки и долго вертел рукой, разглядывая узор на свету. Перчатки южан были безупречны с технической точки зрения, но лишены души — ровные, гладкие, без единой ошибки, но и без единой изюминки. Судьи поставили им высокие баллы, но команда Яковинского княжества получила чуть выше.

К концу второго раунда две команды — южане и команда Евгения Петровича — шли практически наравне, с минимальным отрывом. Остальные заметно отстали: их изделия были хорошими, качественными, даже красивыми, но совершенно обычными, ничем не выделяющимися, без той искры, что превращает ремесло в искусство.

Третий раунд был на лучшую кружевную шаль. Шаль, созданная по схемам Катерины Павловны, будто сотканная из утреннего тумана, с ажурным узором, переходящим от плотного центра к прозрачным краям, вызвала восхищённые вздохи даже у суровых судей. Но южане снова удивили: их шаль была сделана из нитей, окрашенных в цвета заката — оранжевый, розовый, золотой, — и узор имитировал волны, набегающие на берег. Это было красиво, необычно, но, как показалось Евгению Петровичу, слегка вычурно. Однако судьи были в восторге. Очки снова были в пользу соперников.

И вот настал черёд четвёртого раунда — представления главного изделия. У яковинцев был веер, у южан — нечто вроде кружевной накидки на плечи, расшитой жемчугом. Судьи долго совещались, рассматривали каждую деталь, и в итоге объявили, что веер яковинцев признаётся лучшим — его тончайшая работа, павлиний хвост из серебряных нитей, превзошёл даже искусную накидку южан. Счёт сравнялся.

Оставался последний, пятый раунд — проверка теоретических знаний. Именно здесь Евгений Петрович собирался блеснуть: он готовился к нему несколько недель, штудировал учебники, конспектировал, запоминал тонкости кружевного дела, чтобы лично отвечать на вопросы судей. Он уже мысленно перебирал возможные темы, когда неожиданно поднялся посол южного государства — пожилой вельможа с острым взглядом.

— Уважаемые коллеги, — произнёс он на ломаном языке яковинского княжества, — позвольте внести предложение. В этом году мы решили немного изменить формат последнего раунда. Теоретическая часть, конечно, хороша, но не лучше ли проверить практические навыки мастериц здесь и сейчас? Пусть каждая команда выставит по одной мастерице, и они свяжут небольшое изделие прямо на глазах у всех — на скорость, на качество, на оригинальность узора. Скажем, кружевную салфетку со сложным орнаментом. И тогда мы увидим истинное мастерство, а не только готовые результаты долгих месяцев работы.