Книга Небесная танцовщица. Книга 3, страница 80 – Ната Лакомка

— Прошу тебя… - начала Сахаджанья, пересилив обиду и гордость.

— Пошли вон, продажные твари! - уже с раздражением рыкнул на них Коилхарна и в два счёта вытолкал обеих апсар за порог.

Дверь захлопнулась, и женщины, пряча друг от друга глаза, принялись приводить в порядок растрёпанные волосы и укладывать одежду складками, скрывая наготу.

— Обманул… обманул… - шептала Хема, давясь слезами. – Что теперь делать?..

— Теперь мы можем только ждать, - глухо ответила Сахаджанья.

Но прошло два дня, а Анджали не вернулась.

Хема рыдала навзрыд, Сахаджанья хранила мрачное молчание.

На третий день женщины собрали лучшие драгоценности и попытались подкупить других гандхарвов-возничих, но и за щедрую плату никто не осмеливался нарушить приказ богини Шакти.

Прошёл ещё день, и ещё.

Однажды наставница Сахаджанья пропала на целый день, а вернулась ещё более удручённая. Она была в Амравати и пыталась поговорить с госпожой Шакти, но её не допустили до богини. А встретившись с дайвики Урваши, Сахаджанья ничего не узнала о судьбе Анджали, и получила лишь лишь насмешки и ненависть. Апсары-прислужницы вытолкали её вон из дворца и забросали гнилыми персиками, так что её даже не хотели пускать в общую виману, на которой апсары возвращались из Амравати в Тринаку.

— Скоро вернётся господин Шакра, - причитала Хема, утешая, скорее себя, чем Сахаджанью, - я всё расскажу ему, и он найдёт Анджали…

Сахаджанья угрюмо промолчала.

Прошло десять дней. Виманы по-прежнему стояли на площадках для взлёта, господин Шакра не вернулся.

Не появился он и через двадцать дней, и через месяц. Луна пошла на убыль и снова стала полной, но про Анджали ничего не было слышно.

Занятия в школе продолжались, и на все вопросы учениц – где старшая апсара, Сахаджанья уклончиво отвечала, что госпожа Шакрани выполняет важное поручение богов. Хема поселилась в хижине под баньяном, не желая возвращаться в Амравати и совсем позабыла о своих обязанностях танцовщицы соблазнительницы. Тренировки она забросила, перестала причёсывать волосы и всё время проливала слёзы, так что лицо опухло.

Сахаджанья ругала её, но у неё и у самой болело сердце, и часто наставница забывала, что надо поесть или умыться, а ночью чаще всего лежала без сна.

Прошёл месяц и ещё пять дней, когда однажды Хема на коленях стояла перед статуей богини Шакти, шёпотом умоляя её смилостивиться и спасти Анджали от ужасной участи. Выплетая одну цветочную гирлянду за другой, Хема стёрла пальцы, но почти не замечала боли.

Когда на статую богини упала чья-то тень, Хема не обернулась, подумав, что это пришёл кто-то из учениц, но тень застыла неподвижно, и волей-неволей апсара оглянулась. Позади неё стоял мужчина – такой же высокий, как гандхарв, но не такой крепкий по телосложению, и кожа его была гораздо светлее. У него было не слишком красивое лицо – глаза небольшие и близко посажены, между бровей залегла глубокая морщинка, брови были слишком густые, щёки немного впалые… И в нём не было той сладкой томности, что отличала жителей небес.

«Ручака, благородный, - в мыслях привычно повторила Хема текст заученного наизусть трактата о любви, - вы узнаете его по сильному гибкому телу, не покрытому волосами…».

Она ахнула, потому чтоузнала мужчину.

Майя Данав, Волшебник из Данавов. Друг того самого нага, похитившего Анджали.