Книга Небесная танцовщица. Книга 3, страница 67 – Ната Лакомка

— Но я хочу только тебя! – воскликнула Майтри и надула губы точно так же, как Анджали, когда разговаривала с Сахаджаньей.

— У меня много дел, - Анджали погладила ученицу по круглой щеке, опушённой нежным золотистым пушком – как провела ладонью по самому лучшему бархату. – Не сердись, но я не смогу подготовить тебя должным образом. Мне приходится часто уезжать. А подготовка к арангетраму требует каждодневных занятий.

— Наставница! Я буду тренироваться сама! И буду слушаться тебя во всём, во всём! – взмолилась ученицы, просительно складывая ладони. – Возьми меня! Я не подведу!

— Не обсуждается, - Анджали с трудом далась подобная твёрдость.

Особенно когда в глазах любимой ученицы закипели слёзы обиды, непонимания.

— Мне пора. И тебе пора на занятия, - развернув Майтри к классу, Анджали легонько подтолкнула её.

Ученица побрела по коридору, и Анджали несколько мгновений смотрела ей вслед, а потом резко отвернулась.

Точно так же уходила Хема. И в своё время - Виджул. А после неё - ещё много учениц. Все - в слезах, с обидой.

Но так лучше. Так лучше для всех. По-другому в этом небесном мире жить не получается. Надо оттолкнуть каждого, кто делает тебя слабой и уязвимой, кто может узнать тайны твоего сердца. Угадать твои мечты и желания по неосторожно сказанному слову, по взгляду, по движению…

Вимана ждала на лужайке, и Анджали забралась в её нагретое солнцем чрево, уселась в мягкое кресло, застегнула ремень с хитрым замком, и когда летающая колесница задрожала и загудела, готовясь взлететь, только тогда старшая наставница школы апсар позволила себе слезу – одну-единственную, скатившуюся из уголка глаза по щеке.

Вскоре город Трёх Владык превратился в разноцветное блюдце на вершине горы и уплыл назад, потом внизу медленно проплыла и сама гора Сумеру, и вимана вылетела за небесные пределы, отправляясь на землю.

Анджали смотрела в круглое окошко, разглядывая леса, реки, человеческие города. Скорее всего, Сахаджанья права. Ревати давно нет на этом свете. Но должна остаться могила. Память в сердцах людей, знавших подругу. Хоть что-то должно остаться. Невозможно пропасть вот так, без следа, как песчинка в океане…

Хотя, всё это было очень даже возможно. И это Анджали понимала. Понимала, а верить не хотела. Потому что поиск пропавшей на земле Ревати был единственным смыслом бессмысленного существования. Если лишиться и этой цели, тогда жизнь станет совсем серой.

Вимана летела довольно долго, Анджали успела утомиться, вздремнуть, проснуться и снова долго глядела в круглое окно, гадая, куда могла занести её подругу воля богов… За последние тридцать лет ей удалось побывать в человеческом городе Шакрапраштхе двенадцать раз. И всегда, когда удавалась такая поездка, Анджали с удивлением видела новые дома, новых людей. Всё менялось с такой скоростью, что не удавалось найти даже тех, с кем она разговаривала в прошлую поездку, а не то что Ревати, которая была отправлена на землю почти столетие назад.

К тому же, рядом всегда находился Шакра, и невозможно было расспрашивать напрямую. Приходилось слушать, смотреть, обращать внимание на каждую мелочь. Но толку от этого было мало, и всё чаще Анджали казалось, что она ищет пылинку в бескрайнем звёздном небе.

В этот раз Шакра пожелал устроить празднование довольно далеко от заветного города. Вимана снизилась на поляне в живописной роще, где уже стояли несколько виман. Анджали увидела виману госпожи Сарасвати и выдохнула с облегчением. Хоть богиня и не была благосклонна к ней во время арангетрама, обвинив в оскорблении богов, но вряд ли в её присутствии будут устраивать «поедание стеблей лотоса». Богиня любила игру на вине и не слишком привечала танцы – особенно те, что любили боги-мужчины. А уж на «поедании лотоса» её и вовсе никогда не видели.